Готовые домашние задания по литературе 10 класс

H. Г. ЧЕРНЫШЕВСКИЙ

I.  По жанру произведение Н.Г. Чернышевского «Что делать?» представляет собой философско-утопический роман. Здесь доминирует не столько сюжетная коллизия, сколько размышления автора о жизни, подталкивающие читателя к рациональному осмыслению действительности (вспомним авторские диалоги с проницательным читателем), что составляет философскую основу романа:

—  Синий чулок! Даже до крайности синий чулок! Терпеть не могу синего чулка! Глуп и скучен синий чулок! — с азартом, но не без солидарности произносит проницательный читатель.

Однако же как мы с проницательным читателем привязаны друг к другу. Он раз обругал меня, я два раза выгнал его в шею, а все-таки мы с ним не можем не обмениваться нашими задушевными словами; тайное влечение сердец, что вы прикажете делать!

—  О, проницательный читатель, — говорю я ему , — ты прав, синий чулок подлинно глуп и скучен, и нет возможности выносить его. Ты отгадал это. Да не отгадал ты, кто синий чулок. Вот ты сейчас увидишь это, как в зеркале. Синий чулок с бессмысленною аффектациею самодовольно толкует о литературных или ученых вещах, в которых ни бельмеса не смыслит, и толкует не потому, что в самом деле заинтересован ими, а для того, чтобы пощеголять своим умом (которого ему не случилось получить от природы), своими возвышенными стремлениями (которых в нем столько же, как в стуле, на котором он сидит) и своею образованностью (которой в нем столько же, как в попугае). Видишь, чья это грубая образина или прилизанная фигура в зеркале? Твоя, приятель.

Представления же автора о возможном устройстве нового общества, на основе разумного эгоизма, отразившиеся, главным образом, в четвертом сне Веры Павловны, составляют утопическую часть произведения:

«По этим нивам рассеяны группы людей; везде мужчины и женщины, старики, молодые и дети вместе. Но больше молодых; стариков мало, старух еще меньше, детей больше, чем стариков, но все-таки не очень много. Больше половины детей осталось дома заниматься хозяйством: они делают почти все по хозяйству, они очень любят это; с ними несколько старух. А стариков и старух очень мало потому, что здесь очень поздно становятся ими, здесь здоровая и спокойная жизнь; она сохраняет свежесть». «Группы, работающие на нивах, почти все поют; но какой работою они заняты? Ах. это они убирают хлеб. Как быстро идет у них работа! Но еще бы не идти ей быстро, и еще бы не петь им! Почти всё делают за них машины — и жнут, и вяжут снопы, и отвозят их, — люди почти только ходят, ездят, управляют машинами».

2. Роман Н.Г. Чернышевского вызвал множество откликов в литературной среде. Так, например, основные идеи и образы романа «Что делать?» нашли свое отражение в произведении яркого представителя революционного народничества С. Степняка-Кравчинского «Андрей Кожухов». С другой стороны, споры с авторскими взглядами на будущее устройство общества нашли свое отражение в романе Достоевского «Преступление и наказание», романе Тургенева «Дым» и в эпилоге романа-эпопеи Толстого «Война и мир». Оспаривали концепции Чернышевского в своих произведениях и представители «антинигилистической» прозы — Лесков и Писемский.

3. Композиция романа строго продумана и полностью подчинена решению авторской задачи; показать динамику развития общества от прошлого через настоящее к будущему. Мир прошлого представляется в образах «пошлых людей», настоящее — образами «новых людей», а вот «особенный человек» — явление будущего, ростки которого уже появились. Сны же Веры Павловны — это не только иллюстрация идеальных представлений автора о разумном устройстве общества, которое построят Рахметовы. Сны представляют собой также интерпретацию событийного сюжета на ключевых, переломных этапах духовной жизни героини.

4. «Диалоги с проницательным читателем» — не только удачная композиционная находка Н.Г. Чернышевского, позволяющая писателю где-то в иронической, а где-то в сухой дидактической манере донести авторскую мысль, это своего рода определенные этапы «развития и обучения», через которые должен пройти читатель. После того как, по мнению автора романа, читатель в должной мере просвещен, образ «проницательного читателя» выводится из произведения: «Понял ли ты теперь, проницательный читатель, что хотя много страниц употреблено на прямое описание того, какой человек был Рахметов, но что, в сущности, еще гораздо больше страниц посвящено все исключительно тому же, чтобы познакомить тебя все с тем же лицом, которое вовсе не действующее лицо в романе? Скажи же мне теперь, зачем выставлена и так подробно описана эта фигура? Помнишь, я сказал тебе тогда: «единственно для удовлетворения главному требованию художественности». Подумай-ко, какое оно и как удовлетворяется через постановление перед тобою фигуры Рахметова. Додумался ли? Да нет, куда тебе. Ну, слушай же. Или нет, не слушай, ты не поймешь, отстань, довольно я потешался над тобою. Я теперь говорю уж не с тобою, я говорю с публикой, и говорю серьезно».

5. Образ грязи «реальной» и грязи «фантастической» есть символическое представление мещанской и дворянской среды, в первой из которых труд становится определяющим занятием (поэтому данный социальный слой в переносном смысле назван «грязью реальной»), в другой же труд отсутствует вовсе. Благодатные лучи солнца помогают расти на «реальной» грязи добрым всходам пшеницы, но солнце бессильно перед «фантастической» грязью, многовековым извращенным сознанием, где паразитический образ жизни становится единственным занятием. Такой заболоченной почве необходима дренажная система, т. е., если переводить метафорический язык сна Веры Павловны, кардинальная очистка, революция. Этот сон напрямую связан с героями романа. Сама Вера Павловна является той самой «пшеницей», которая смогла появиться на плодородной почве «реальной грязи». В главке «Похвальное слово Марье Алексеевне» образ «реальной грязи» получает следующее объяснение: «... вы не портите никакого дела; теперь вы занимаетесь дурными делами, потому что так требует ваша обстановка, но дать вам другую обстановку, и вы с удовольствием станете безвредны, даже полезны, потому что без денежного расчета вы не хотите делать зла, а если вам выгодно, то можете делать что угодно — стало быть, даже и действовать честно и благородно, если так будет нужно».

6. Эгоизм Марьи Алексеевны — это обычное человеческое стремление к собственному комфорту и выгоде. Это самое тривиальное проявление заботы о самом себе, своих узких интересах. «Разумный эгоизм» новых людей — это иная ступень духовного развития, когда забота о других, об общественном благе становится личной выгодой, заботой о самом себе.

7. Мораль новых людей и любовные отношения между ними.

1) Мораль «новых людей» отрицает такие понятия, как «жертва» и «долг», они теряют всякий смысл, если человек совершает какие бы то ни было поступки не по велению собственной души, а по принуждению («Если кто-нибудь, без неприятности себе, может доставить удовольствие человеку, то расчет, по моему мнению, требует, чтобы он доставил его ему, потому что он сам получит от этого удовольствие»).

5) Нравственные законы «новых людей» позволяют раскрепощаться и заявлять о себе творческим силам личности («...мне уж давно хотелось что-нибудь делать. Я и придумала, что надо завести швейную; ведь это хорошо? <...> Ведь тут ... главное то, чтобы с самого начала, когда выбираешь немногих, делать осмотрительно, чтобы это были в самом деле люди честные, хорошие, не легкомысленные, не шаткие... Теперь я нашла трех таких девушек. Ах, сколько я искала! <...> Я завожу швейную мастерскую... Я сама хорошо шью, и помощницы у меня хорошие...»).

3) Новые взаимоотношения между мужчиной и женщиной снимают вопрос о неравенстве полов, позволяют на основе «разумного эгоизма» разрешать самые драматические жизненные коллизии, («...что значит любить человека? Это значит радоваться тому, что хорошо для него, иметь удовольствие в том, чтобы делать все, что нужно, чтобы ему было лучше...»).

8. При всем достоинстве самого скрупулезного анализа психологического состояния героя слабой стороной данного монолога является его излишняя дидактичность и рассудочность. Сухое теоретизирование придает речи героя схематичность, надуманность и оторванность от действительности.

9. В романе помимо пошлых и новых людей появляется совершенно особенный герой — Рахметов. Он «был из фамилии, известной с XIII века, то есть одной из древнейших не только у нас, айв целой Европе <...> Рахметов был уже человек не с богатым наследством...». Забота об интересах других людей (привозил в университет своих стипендиатов), сближение с простыми людьми, жизнь по новым моральным нормам сближает Рахметова с «новыми людьми», но есть в этом образе и своя исключительность. Теоретические научные знания необходимы любому человеку, но они не дорого стоят без соотнесенности с реальной жизнью, опытом. Это прекрасно понимает «особенный человек» и потому отправляется воочию знакомиться с действительностью: «Теперь ему было 22 года, а студентом он был с 16-ти лет; но почти на 3 года он покидал университет. Вышел из 2-го курса, поехал в поместье, распорядился, победив сопротивление опекуна... скитался по России разными манерами: и сухим путем, и водою, и тем и другою по-обыкновенному и по-необыкновенному... имел много приключений, которые все сам устраивал себе». Герой занимается не только своим интеллектуальным развитием, большое внимание уделяет он и своей физической форме, так как для «больших "дел» необходимо и недюжинное здоровье: «Рахметов в 16 лет... был... далеко не замечательным по силе... Но на половине 17-го года он вздумал, что нужно приобрести физическое богатырство, и начал работать над собою. Стал очень усердно заниматься гимнастикою... становился чернорабочим по работам, требующим силы: возил воду, таскал дрова, рубил дрова, пилил лес, тесал камни... Через год после начала этих занятий он отправился в свое странствование и тут имел еще больше удобства заниматься развитием физической силы: был пахарем, плотником, перевозчиком и работником всяких здоровых промыслов; раз даже прошел бурлаком всю Волгу... тогда ему было 20 лет, и товарищи его по лямке окрестили его Никитушкою Ломовым». В 21 год этот молодой человек уже сформировался как личность: «он уже принял оригинальные принципы и в материальной, и в нравственной, и в умственной жизни... они уже развились в законченную систему, которой он держался неуклонно». Суровый образ жизни Рахметова — это образ жизни «профессионального революционера», вся жизнь, все желания и устремления которого подчинены высшей цели — служению людям. Аскетизм проникает и в гастрономическую сферу жизни героя, который придерживается сурового правила: «Того, что никогда не доступно простым людям, и я не должен есть!» Строгий распорядок, дисциплина и самоограничения являются непременным условием жизни будущего революционера: «Он успевал делать страшно много, потому что и в распоряжении временем положил на себя точно такое же обуздание прихотей, как в материальных вещах». Не может Рахметов себе позволить и такого «излишества», как любовь. Любые посторонние мысли и чувства будут отвлекать его от «великого служения», а потому усилием воли от них необходимо отказаться: «... я должен подавить в себе любовь: любовь к вам связывала бы мне руки, они и так нескоро развяжутся у меня, — уж связаны. Но развяжу. Я не должен любить». Именно своей способностью к такому самоотречению во имя высшей цели отличается «особенный человек» от «новых людей». Автор высоко оценивает своего героя, в конце главки Чернышевский складывает прямо-таки гимн Рахметову и таким, как он, за высокое служение на благо человечества: «Мало их, но ими расцветает жизнь всех; без них она заглохла бы, прокисла бы; мало их, но они дают всем людям дышать, без них люди задохнулись бы. Велика масса честных и добрых людей, а таких людей мало; но они в ней — теин в чаю, букет в благородном вине; от них ее сила и аромат; это цвет лучших людей, это двигатели двигателей, это соль соли земли».

10. Картины «светлого будущего», предстающие перед читателем в четвертом сне Веры Павловны, являют собой наиболее спорные моменты романа. Строгая регламентация всеобщего счастья, где интересы каждой личности подчинены интересам общественным, слишком удалены от реальности, а потому и утопичны в своей сути.

11. В поздний период своего творчества Н.Г. Чернышевский начинает осознавать утопичность своих планов возможного устройства общества будущего. Сил на осуществление столь грандиозных замыслов нет, да и сами революционные преобразования начинают ставиться писателем под сомнение. Никогда насильственное вторжение в размеренное течение исторического процесса не проходило бесследно и не приносило позитивных результатов. Эти тревоги нашли свое отражение в последнем романе Н.Г. Чернышевского «Пролог».

12. Гражданский подвиг Н.Г. Чернышевского заключается в его искреннем и мужественном служении идеалам добра и справедливости. Принеся в жертву собственное благополучие и возможность личного счастья, автор романа «Что делать?» пытался найти пути к возможному преобразованию общества. Но и осознание писателем в конце жизни некоторой утопичности собственных представлений заслуживает уважения.

 





загрузка...