Домашняя работа по литературе за 8 класс

ИЗ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX ВЕКА

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

История одного города

Поразмышляем над прочитанным...

К стр. 14

1. Вопрос сформулирован неправильно. Характер в художественном произведении— образ человека, очерченный с известной полнотой и индивидуальной определённостью.

Во-первых, характеры не могут напоминать персонажей, они могут напоминать характеры этих персонажей. Но ставить вопрос о характере сказочного героя нельзя. Так же нет характеров у героев «Истории одного города». Представленные там персонажи являются символами людей определённого типа поведения.

Можно спросить: какие признаки сказочного текста мы обнаруживаем при чтении «Истории одного города»? Часто используется число три (шли три года и три дня, обошли трёх князей, заблудились в трёх соснах). Описания дороги, князя тоже стилизованы под сказочные:

«И повёл их вор-новотор сначала всё ельничком да берез- ничком, потом чащей дремучею, потом перелесочком, да и вывел их прямо на поляночку, а посередь той поляночки князь сидит.

Как взглянули головотяпы на князя, так и обмерли. Сидит, это, перед ними князь да умной-преумной; в ружьецо попаливает да сабелькой помахивает. Что ни выпалит из ружьеца, то сердце насквозь прострелит, что ни махнёт сабелькой, то голова с плеч долой».

2. Необходимо отметить, что данный вопрос, а также два первых вопроса внутри третьего вопроса относятся к главам, которые в учебнике-хрестоматии не даны.

Реальную сущность «Деяний» градоначальников помогают понять следующие сатирические приёмы: гипербола и гротеск.

3.  От деятельности градоначальников город страдал очень сильно, потому что каждый последующий градоначальник превращал его в экспериментальную площадку для отработки собственных представлений о власти и управлении.

Используя приведённый отрывок, невозможно ответить на вопрос о пословицах.

Надо сказать, что у головотяпов не было никакого представления о порядке, поэтому нельзя говорить о том, какого порядка они добивались; можно перечислить те методы, которыми они пользовались. Методы были следующие: Волгу толокном замесили, телёнка на баню тащили, в кошеле кашу варили, козла в соложёном тесте утопили, свинью за бобра купили, собаку за волка убили, лапти растеряли да по дворам искали: было лаптей шесть, а сыскали семь; рака с колокольным звоном встречали, щуку с яиц согнали, комара за восемь вёрст ловить ходили, а комар у пошехонца на носу сидел; батьку на кобеля променяли, блинами острог конопатили, блоху на цепь приковали, беса в солдаты отдавали, небо кольями подпирали. Все эти преобразования окончились неудачей, и тогда стали головотяпы искать князя.

Исторические времена начались с восклицания: «Запорю!»

4. Сатирическим изображением чиновников и градоначальников тогдашней России М.Е. Салтыков-Щедрин хочет достичь двойного эффекта. С одной стороны, он высмеивает существующие порядки, доводя их до абсурда, с другой стороны, хочет показать, что самодержавие — не панацея от всех бед: по Сеньке и шапка. Каждый народ достоин своего правителя.

Писатель предполагал «разбудить» общественное мнение, заставить людей взглянуть на свою жизнь со стороны, почувствовать стыд за существование под руководством таких начальников.

5. М.Е. Салтыков-Щедрин показывает глуповцев с помощью гиперболы и гротеска. Используя словарь В.И. Даля «Пословицы и поговорки русского народа», в разделе «Русь — Родина» можно найти перечисленные названия соседних головотяпам народов.

У В.И. Даля пословицы, присловья, поговорки, часто являющиеся по существу дразнилками, обидными прозвищами, отражающими самые плохие качества жителей разных городов и деревень; они объединены в разделе «Русь— Родина». Встаёт вопрос о самооценке русского народа, который необыкновенно актуален и сейчас (вспомним монологи М. Задорнова, в которых он говорил, что русские с удовольствием ругают себя и восхищаются Европой и Америкой).

Подчеркнём, что М.Е. Салтыков-Щедрин употребляет собранные присловья, не имея в виду конкретные города или местности, а показывая собирательное отношение народа к самому себе. Писатель как бы говорит нам: неужели это всё, что Можно сказать о Руси, России? Неужели во всей стране только и есть, что воры и недотёпы? В читателе рождается чувство протеста, хочется доказать, что не все таковы: есть и лучшие, достойные люди. Мы не видим их в произведении, но чувствуем, что именно честные, благородные и умные люди являются идеалом писателя, ради утверждения которого он высмеивает всё недостойное.

Лукоеды — арзамасцы.

Гущееды— Хороши и пироги, а гуща и пуще (дразнят новгородцев-гущеедов).

Клюковники — владимирцы.

Куралесы — брянцы.

Вертячие бобы — муромцы.

Лягушечники —дмитровцы.

Лапотники — крещане (жители Крестцов).

Чернонёбые — коломенцы.

Долбёжники — новгородцы. Упрям, как новгородец.

Проломленные головы — орловцы.

Слепороды — пошехонцы. В трёх соснах заплутались. За семь вёрст комара искали, а комар на носу. На сосну лазили, Москву смотрели. Я слушаю: кто свищет? Ан это у меня в носу. Ноги под столом перепутали.

Слепороды — вятичи.

Вислоухие— ростовцы. Лапшееды; родимое озеро соломой зажигали.

Кособрюхие— рязанцы. Синебрюхие; мешком солнышко ловили, блинами острог конопатили. (Синебрюхие - от синих рубах. В битве с москвичами солнце было в лицо рязанцам: они стали ловить его в мешок, чтоб выпустить на врагов. По приказу проконопатить острог рязанцы всё откладывали дело — до масленицы, тут их приструнили, они и проконопатили его блинами.)

Кособрюхие — вагане (река Вага). У нас на Ваге и уха с блинами.

Ряпушники — тверитяне.

Заугольники— холмогорцы. Смотрели на Петра из-за углов.

Рукосуи — чухломцы. Чухломской рукосуй! Рукавицы за пазухой, а у других ищет.

Сычужники— кимряки. Петуха на канате держали, чтоб на чужую землю не ходил.

Головотяпы — егорьевцы.

Называя главный народ головотяпами, автор придавал ему иносказательный смысл, в одном названии описывая качества самого «успешного» народа и наполняя его значением «разгильдяи», «растяпы», считающие себя умниками и придумщиками. Гротескно подспудное противопоставление авторитета, полученного благодаря глубокой умственной работе, и авторитета, полученного благодаря самым крепким головам, которыми представители данного народа могли дольше всех «тяпаться».

Действия, какие совершали народы после объединения под властью головотяпов, тоже представляют собой описание фольклорных дразнилок.

Новоторы (жители Торжка) — воры (это говорят осташи, которым отвечают: и осташи хороши).

Псковичи — небо кольями подпирали (три дня сходка стояла, думая, что делать? Туча нависла; решили подпереть кольями).

Ржевцы — ряпуха тухлая. Собачники. Отца на кобеля променяли. Козу сквозь забор пряником кормили.

Старичане — петуха встречали с хлебом-солью. Пришёл грозен посол под Старицу: шуба навыворот, сам низенек, а поперёк о пяти охватах; словечка не молвит, а только шипит: ан это — индейский петух.

Кашинцы — собаку за волка убили да деньги заплатили.

Калязинцы — свинью за бобра купили; собаку за волка купили.

Бежечане — колокольню рожком подбили.

Зубчане— таракана на канате на Волгу поить водили.

Шуяне — беса в солдаты отдали.

Угличане — толокном Волгу замесили.

Романовцы — барана в зыбке качали.

Любимцы — козу пряником кормили.

Княгининцы — шапошники. Шапками обоз закидали.

Костромичи — лапти растеряли, по дворам искали, было шесть — стало (нашли) семь.

Галичане — корову на баню втащили.

Вологодцы— телёнка с подковой съели. Толоконники — Волгу толокном замесили.

Хлыновцы корову в сапоги обули (краденую, чтобы следу не было).

Орёл да Кромы — первые воры, да и Карачев на поддачу.

В Севске поросёнка на насест сажали, приговаривая: цайпайся, цайпайся, курочка о двух лапках, да держится.

Болховитяне рака со звоном встречали: вот воевода к нам ползёт, а щетинку в зубах несёт.

Калужане — козла в соложёном тесте утопили.

Туляк — стальная душа. Блоху на цепь приковали.

Ефремовны — в кошеле кашу варили.

Одоевцы: Молодеч, а молодеч! Продай за грош постных яиц.

Крапивенцы — сено с колокольным звоном встречали (думая, что это воевода).

Пензенцы толстопятые. В Москве свою ворону узнали.

Темниковцы — совятники; сову в озере крестили.

Смоляне миром блоху давили.

Вязьма в пряниках увязла.

6. Гипербола— чрезмерное преувеличение свойств изображаемого предмета. Вводится в ткань произведения для большей выразительности, характерно для фольклора, поэзии романтизма и жанра сатиры. Примеры: «И будете вы платить мне дани великие, — продолжал князь, — у кого овца ярку принесёт, овцу на меня отпиши, а я ярку себе оставь; у кого грош случится, тот разломи его начетверо: одну часть отдай мне, другую мне же, третью опять мне, а четвёртую себе оставь»; «Шли они по ровному месту три года и три дня...»; «Чуть-чуть в трёх соснах не заблудилися...».

Гротеск— предельное преувеличение, основанное на фантастике, на причудливом сочетании фантастического и реального. Примеры: вор-новотор «...предварил казнь тем, что не выждав петли, зарезался огурцом»; «Вместо воеводы, встретили с хлебом с солью петуха», а также все мероприятия головотяпов после объединения.

Сравнение— изображение одного явления с помощью сопоставления его с другим. В тексте сравнения так таковые не используются.

7.  Приведённая глава романа М.Е. Салтыкова-Щедрина «История одного города» напоминает басню И.А. Крылова «Лягушки, просящие царя». В ней лягушки точно так же, как и головотяпы, отказались от свободы и добровольно закабалили себя, не сумев жить самостоятельно. Постоянно используются автором обороты речи и выражения, стилизованные под язык сказок. Ссылки на летописца и манера перечисления народов очень похожи на начало «Повести временных лет». Писатель делает этим намёк на то, что его произведение можно понимать как ироническую историю России.

 

 

Развивайте дар слова

К стр. 14

2. Сатирические произведения М.Е. Салтыкова-Щедрина влияли на общественное мнение, раскрывая те черты национального характера, которые привели к высмеиваемому писателем отношению власти и народа. Люди могли теперь ясно увидеть, что жалобы на существующий порядок бессмысленны, пока в них самих сохранится отсутствие навыков самоуправления, утопическая надежда на справедливое единоличное правление, стремление уязвить и обсмеять соседа, точно так же страдающего от произвола.

Общественные порядки не могли меняться под непосредственным воздействием художественного произведения, они менялись косвенно, через изменение сознания читателей, заинтересованных в переменах, но плохо представляющих себе причины народных бедствий. Кроме того, власть имущие отнюдь не собирались что-то менять, и весьма неохотно шли на незначительные уступки.

Смысл сатиры Щедрина в утверждении положительных идеалов общества через осмеяние явлений, препятствующих установлению или существованию идеалов. Высмеять зло, чтобы утвердить добро.

 





загрузка...