Домашние работы и доклады по литературе за 9 класс

ЧАСТЬ 2

 

ЛИТЕРАТУРА XX ВЕКА

 

Александр Трифонович Твардовский

Вопросы и задания к стр. 230

2. Пафос стихотворения «Я убит подо Ржевом...»

Стихотворение «Я убит подо Ржевом» представляет собой монолог убитого летом 1942 года солдата. Это и завещание мёртвых живым, и тревожная надежда на будущую победу, и уверенность в том, что смерть была не напрасной.

Герой А. Т. Твардовского думает не о мёртвых, а о живых. Про себя он знает, что от него не осталось даже могилы, куда могла бы прийти его мать, но он, тем не менее, растворён в той жизни, что струится вокруг — в земле, в воздухе, где работа людей, где течёт речка... Он пытается угадать, что происходит в мире живых, и единственное его стремление, «вера, ненависть, страсть» — это жажда победы и дальнейшего процветания жизни. Его завещание живым: быть счастливыми, служить отчизне, беречь её, помня о погибших, быть сдержанным и достойным на чувства. Он знает, что прожил жизнь и погиб не просто так, и это частично примиряет его со смертью.

Такие стихотворения можно назвать лакмусовой бумажкой, выявляющей действительный уровень душевности и духовного развития человека.

Поэт определяет пафос стихотворения «Я убит подо Ржевом» как признание неизбывных обязательств живых перед павшими на войне, потому что это было общее дело, в которое погибшие внесли самое дорогое, что есть у человека, — свои жизни. И теперь они должны жить хотя бы в памяти тех, кто остался жив и воплотил общую мечту, ради которой было принесено столько жертв.

Авторы учебника предлагают согласиться или не согласиться с поэтом. Совершенно непонятно, как можно быть несогласным с поэтом, определяющим изначальный смысл собственных стихов.

Если же говорить вообще о памяти войны, то в наше время, к сожалению, она сильно уменьшилась. В чём-то это неизбежно, потому что всё меньше становится людей, переживших её, но дело, конечно, не только в этом. То, что страна забывает своё прошлое, — вина всех людей, её населяющих. Сейчас, когда каждый может говорить, что ему вздумается, находится немало людей, говорящих и пишущих о войне с пренебрежением или вовсе замалчивающих эту тему. Для тех, для кого главной целью жизни является карьера и личное обогащение, удобно считать, что это естественное состояние человека. Соответственно, бескорыстие, готовность пожертвовать жизнью в борьбе за правое дело, преданность родине негласно считаются извращениями и чем-то ненормальным. Такое положение дел во многом зависит от идеологической политики государства, от той атмосферы, в которой растём все мы.

 

3.  Какие радостные впечатления оставило в душе Твардовского детство

Судя по описаниям природы и воспоминаниям о раннем детстве, поэта радует природа, но не дикая, а возделанная, окультуренная человеком. Когда человек пожинает смешанные результаты своего труда и плодородия земли, наступает момент глубокого соприкосновения с природой, момент творческого взаимодействия, проникновения в самую суть некоей истины, где природа и человек сходятся в едином ритме существования.

По душевному складу автор предстаёт внимательным и чутким наблюдателем, который, тем не менее, находится в центре событий. Он любит труд, бесцельная созерцательность ему чужда.

 

4.  Строки стихотворений Твардовского

«Дышат грудью запотелой / Желтогривые овсы» — тут имеется в виду рабочая, «трудовая» усталость земли, породившей овёс. Автор отождествляет землю с живым существом, которое устаёт в конце работы. Созревший овёс желтеет, его много, и он густой, похож на гриву коня.

«Под овсяный говор нивы жарким потом обольюсь» — на ниве растёт овёс, он шумит под ветром, отсюда «овсяный говор». Нескошенные полосы пошумливают, от напряжённой продолжительной косьбы человек устаёт и, что закономерно, потеет.

«Утренник лёг на дорогу / Лёгким сухим полотном» — речь идёт о начале весны, когда к утру оттаявшая дорога ещё примерзает. Утренник — утренний морозец. Он небольшой, но подсушивает дневную сырость.

«Жёлтое стадо проталин / В поле проснулось, живёт... / Радость угретых завалин» — яркое свидетельство отношения Твардовского к природе, когда проталины он сравнивает с проснувшимся стадом. Отдельные места, «завалины», то есть бугорки, прогреваются быстрее, вода с них стекает, поэтому они уже подсохли. Радость они вызывают, потому что живо напоминают о наступающих тёплых месяцах, являются их предвестниками. Соответственно, к ним и отношение — как к добрым вестникам.

 

6.  Стихотворение Твардовского «Братья»

А. Т. Твардовский с глубокой любовью описывает свою семью (члены которой были сосланы как кулаки). В первой строфе Твардовский с помощью анафоры трижды выделяет слово «свой»: это могло навлечь на поэта обвинение в сочувствии собственникам. За проявление любви к сосланным, за то, что поэт позволил себе вообще затронуть тему, которая в те времена была запретной, его могли сослать с один из сталинских лагерей, обвинить в заговоре против правительства и даже расстрелять без суда и следствия, как были расстреляны в то время сотни советских людей. Одной из самых характерных черт Твардовского были честность и способность твёрдо говорить правду. Спустя три года после создания этого стихотворения, в 1936 году, Твардовский, рискуя своим положением всесоюзно известного поэта, добивается возвращения родных из ссылки.

В стихотворении «Братья» поэт вспоминает своё детство с чувством любви, грусти, теплоты и радости, горечи и сожаления. Велики простота, ясность и в то же время ёмкость и выразительность фраз, полных редких в наше время слов: «ухватка», «сыны», «обапол себя» (по обе стороны от себя), «кузнечик сверчал». Стихотворение словно проникает в самую глубину нашей души. Отметим выражения, которые ясны и выразительны именно своей простотой и лаконичностью: они словно стягивают и концентрируют в себе энергию значений многих несказанных слов: «И сидели мы, выпятив груди, — Я с одной стороны, / Брат с другой стороны, / Как большие, женатые люди», «...В детстве вкусные жёлуди были!..».

Твардовский очень экономен в использовании эпитетов, их в стихотворении немного, но они дают нам возможность проникнуть в чувства ребёнка: «Одинокий кузнечик сверчал, / И горячее сено шумело...»

Твардовский использует в стихотворении приём повторения.

Буквальное повторение: «Лет семнадцать тому назад...» В начале мы читаем: «...Были малые мы ребятишки». В конце: «...Мы друг друга любили и знали». В сознании невольно возникает: тогда знали, а сейчас? Знаемся ли мы друг с другом? Признаём ли мы себя родственниками? В те годы огромное количество людей публично отказывалось признавать себя родственниками сосланных или арестованных «врагов народа», которые никогда врагами не были. Страх за свою жизнь заставлял людей предавать своих родных и память о своём детстве. Твардовский словно спрашивает сам себя: люблю ли я и сейчас тех, кто любил меня, готов ли я признать родными людей, которых сослали как кулаков?

И опять Твардовский обращается к повторению — но это не буквальное повторение вопросов отца. Отец словно дал детям эталон совести, с которым надо подходить к своей жизни, и брат обращается к брату с горькими вопросами, понимая, что совесть и память детства не позволят ему изменить своим родным.

 

7. У этих двух стихотворений сходные настроения: автор стремится осознать себя как частицу всего живого, часть этого мира, которая ответственна за все, что в нем происходит (в т.ч. и за погибших на войне солдат). При этом он пытается доказать себе, что он не просто был частью, но и пытался что-то изменить и даже изменил в лучшую сторону.





загрузка...
загрузка...