загрузка...

Детская литература. Выразительное чтение.

РАЗДЕЛ I. ПРАКТИКУМ ПО ДЕТСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

 

Глава 2. МЕТОДИЧЕСКИЕ МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ ПРАКТИЧЕСКИХ ЗАНЯТИЙ

2.3. РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА XX ВЕКА

Тема 9.Юмористические рассказы В.В. Голявкина

 

Юмористические рассказы Виктора Васильевича Голявкина начали выходить в конце 50 –начале 60-х годов XX века в составе различных циклов и сборников (“Тетрадки под дождем”, “Наши с Вовкой разговоры”, “Удивительные дети”, “Разрешите пройти” и другие). Отличительная черта всех рассказов В. Голявкина – минимализм повествования и сжатость объема, поэтому их называют иногда юмористическими миниатюрами. Сам же писатель называл свои рассказы “сверхкороткими”, считая подобную характеристику не просто отличительной чертой, но и художественным достоинством своих произведений. Форма сверхкороткого рассказа, по словам В. Голявкина, “дисциплинирует писателя”, ведь в сжатом словесном пространстве возрастает смысловая нагрузка каждого слова, каждой фразы. Кроме того, заметную роль начинают играть звуковая и ритмическая организация речи, а также ее графическая запись. Все это толкает писателя к поиску новых форм повествования. Каждая миниатюра В. Голявкина – это блестящий эксперимент, богатый художественным открытиями.

Открытия совершаются на самом обыденном жизненном материале: это происшествия из будничной жизни ребенка, школьной или домашней. Рассказывается о них в форме анекдотической истории. Как и во всяком анекдоте, персонажи в миниатюрах В. Голявкина постоянно совершают неожиданные поступки, ломая тем самым общепринятые представления о норме. В подобной непредсказуемости мысли и действия, слова и поступка открывается неисчерпаемый источник комических ситуаций. Но отступление от нормы в литературном произведении предполагает знание о ее существовании, и такое сочетание комической свободы и серьезной нормативности – характерная особенность детского юмористического рассказа. Однако, в отличие от других писателей, В. Голявкин не торопится абсолютизировать общепринятые правила. Он всегда оставляет своим героям свободное пространство для ненормированного мышления и поведения. Такое поведение может восприниматься окружающими как нелепое и бессмысленное, тем более что речь идет о мире с устоявшейся системой правил – это школа, семья. Однако в том, как ведут себя дети в рассказах В. Голявкина, есть своя внутренняя логика. Читателю поведение героев кажется парадоксальным и вызывает смех. Юмор в таком случае выполняет роль “дополнительного зрения”, которое позволяет увидеть героя с неожиданной стороны и глубже понять его. Подобное понимание юмора отвечало представлениям В. Голявкина о назначении детской литературы. Это назначение состоит не в том, чтобы давать читателю прямолинейные ответы, а в том, чтобы выяснить жизненную истину, которая, по убеждению писателя, “вовсе не однозначна”.

Художественные взгляды писателя сказались на выборе способа повествования: В. Голявкин предпочитал строить свои произведения как диалог между двумя персонажами или монолог одного из героев. В таком повествовании заметная роль принадлежит “чужому” слову, которое оказывается спорным по отношению к авторскому. Так возникает характерное для В. Голявкина диалогически напряженное повествование, в котором сталкиваются разные жизненные позиции. При этом авторское слово, выступающее в произведении носителем объективной истины, ограничивается короткими описаниями и сжатыми характеристиками (отсюда особая краткость голявкинских рассказов). Зато “чужое” слово, субъективное по своей природе, звучит достаточно полно и по-своему убедительно. Но принцип повествовательного минимализма распространяется и на него: герои в рассказах В. Голявкина высказываются неполными предложениями и отрывистыми фразами, характерными для разговорного стиля.

В столкновении голосов и мнений не теряется позиция самого писателя. Она проявляется в афористичности характеристик и меткости оценок, а также в том, с какой интонацией передает В. Голявкин “чужое” слово: насмешливой, доверительной или ироничной.

Рассказ “Закутанный мальчик” начинается с портрета, остроумно характеризующего героя:

 

Этот мальчик был так закутан, что на него нельзя было смотреть без смеха. Поверх всего он был обмотан большим шерстяным платком. Из большого клубка одежды торчали лишь нос и два глаза.

 

Такой нелепый внешний вид задает тему разговора: “Как ты на коньках катаешься?” – “Никак”. С первых же слов диалог становится спором, в котором сталкиваются два отношения к жизни – активно-деятельное и равнодушно-пассивное. Их идейное различие подчеркивается различием ритмико-синтаксическим: на напряженно задаваемые вопросы следуют вялые ответы, в основном в форме отрицательных конструкций: “никак”, “не катаюсь”, “не надо”. Кульминация рассказа наступает в тот момент, когда “закутанный мальчик” попытался доказать свою правоту кулаками, но сделал шаг и упал. Итог спору подводит насмешливая реплика: “Поставьте его у стены, а то он так все время падать будет”. В этих словах – открытая насмешка над ленью и беспомощностью. Она слышна уже в самом названии рассказа – “Закутанный мальчик”. Форма страдательного причастия “закутанный” звучит комично по отношению к “мальчику”, который в соответствии с традиционными представлениями должен воплощать активное отношение к миру и жизненную энергию.

Герой-антагонист в рассказах В. Голявкина – всегда фигура комическая. Смешным “закутанного мальчика” делают его сходство с огородным чучелом – неподвижной фигурой в одежде человека, глупые ответы и неловкое падение. Нетрудно увидеть в такой сценке сходство с клоунадой. Это очень важно для понимания природы комического в рассказах В. Голявкина. Из мира клоунады – утрированное изображение внешности и манеры держаться, а также комические путаницы и бессмыслицы в разговоре персонажей.

Герои рассказов В. Голявкина часто не понимают друг друга. И такое непонимание ярко характеризует участников разговора. В рассказе “Болтуны” два одноклассника пытаются выяснить отношения:

 

– У тебя во рту зуба нет.

– А ты рыжий.

– А ты селедка.

– А ты вуалехвост.

– А что это такое?

– Вуалехвост и все.

– А ты первердер...

– Это еще что значит?

– Значит, что ты первердер.

– А ты дырбырдыр.

– А ты выртырвыр.

– А ты ррррррр...

– А ты ззззз...

 

Смысл этого бессмысленного, абсурдного диалога, в котором каждый пытается обидеть другого, заключается в очевидном саморазоблачении спорщиков. И на вопрос учителя “Хотел бы я знать, кто же вы все-таки такие?” легко дать ответ, тем более что он вынесен в название рассказа – “Болтуны”. Несмотря на столь нелестное определение, герои рассказа В. Голявкина по-своему остроумны и изобретательны: звучание придуманных ими слов и звукосочетаний точно попадает в цель – посмеяться над обидчиком.

В. Голявкин внимателен не только к слову и звуку, но и к его графическому воплощению. Графическая запись слова тоже служит способом комической характеристики героя, например, детское написание слов с орфографическими ошибками, которое вызывает у старших справедливые упреки. В рассказе “Карусель в голове” сын просит папу купить целую кучу игрушек. О своем страстном желании мальчик говорит совершенно искренне:

 

Мне так хочется иметь эти вещи! И они постоянно вертятся у меня в голове наподобие карусели, и от этого голова так кружится, что трудно удержаться на ногах.

 

Но карусель в голове – не только от желания играть, но и от нежелания учиться: все слова, которые мальчик самостоятельно написал по просьбе отца, оказались с ошибками. Комический список, написанный крупными буквами, автор приводит полностью, и такая запись-картинка похожа на карусель, которая вертится в голове у школьника.

Ошибочное воспроизведение существующих слов или придумывание новых смешных слов – это повод для комической игры с общепринятой нормой. Согласно этой норме от ученика всегда требуются серьезность и прилежание. Но оказывается, что выдумывать новые слова – это тоже дело, хотя приводит оно к неожиданным последствиям. В рассказе “Яандреев” ученик решил придумать себе новую фамилию – Яандреев, – считая, что все его школьные неудачи – из-за фамилии (“с моей фамилией пропадешь”), которая начинается с буквы “А”. Таким хитрым способом он надеется избежать ответов у доски. Учительница подхватывает игру: “Иди, Яандреев, урок отвечать”. В словах учительницы, обращенных к нерадивому ученику, звучит откровенная насмешка, но читатель может услышать и другое. Новое имя “Яандреев”, вынесенное в название рассказа, становится “криком души”: ребенок говорит о своем “Я” в надежде быть услышанным взрослым. Так комическая игра со словом в короткой анекдотической истории помогает задуматься о вполне серьезных вещах.

Автор побуждает задуматься и тогда, когда на смену слову в его миниатюрах приходит молчание. Причиной такого неожиданного молчания бывает взаимное непонимание, нередко возникающее между учителем и его учениками. В рассказах В. Голявкина “Тетрадки под дождем” и “В шкафу” школьники отказываются объяснить взрослым свое нелепое, с точки зрения старших, поведение. Такое молчание оказывается “говорящим” – оно подводит итог комической ситуации, в которой ученик оказался по собственной вине, но в то же время напоминает о пропасти непонимания, разделяющей детей и взрослых.

В некоторых миниатюрах В. Голявкина герой рассказывает о себе сам. Часто такой монолог приводит к комическому саморазоблачению. В рассказе “Секрет” мальчик убежденно говорит:

 

У нас от девчонок секреты. Мы ни за что на свете не доверяем им свои секреты. Они по всему свету могут разболтать любую тайну.

 

После многословного обличения “болтливых девчонок” следует парадоксальная развязка: болтун рассказал знакомой девочке весь мальчишеский секрет.

Неожиданные развязки служат опровержением сказанного: так жадина, который утверждал, что он никому не даст свой мяч, оказался в итоге без мяча (“Так всегда бывает”), а школьник, довольный тем, что прогулял урок, не смог найти себе никакого занятия (“Никакой горчицы я не ел”).

Верно оценить ситуацию в рассказах В. Голявкина помогают также их названия – афористичные и меткие. Рассказ “В любом деле надо уметь работать” написан от лица горе-боксера, который не сразу понял, что в спорте, как и в любом деле, надо уметь работать.

Так происходит разоблачение хвастуна, лентяя или жадины. При этом автор не торопится прямолинейно опровергать самодовольные утверждения своих героев. Он прибегает к приему комического повтора отдельных фраз и высказываний, и тогда они начинают звучать совсем по-другому, обнаруживая свою ошибочность. В рассказе “УМиши новые лыжи” мальчик хвастается своими новыми лыжами, на которых он не катается, предпочитая носить на плече. При этом Миша многократно утверждает:

 

Лыжи – хорошая вещь. На них можно с гор кататься. Можно бегать наперегонки. И прочее.

 

Эти слова автор повторяет несколько раз, после чего становится ясно, что перед нами просто лентяй и болтун. Иногда утверждения героя писатель выносит в название рассказа, и это тоже служит средством комического разоблачения. В рассказе “После зимы будет лето” мальчик не хочет учиться плавать. Свое нежелание он объясняет тем, что “после зимы будет лето”, а значит, не надо торопиться. Так проходит целый год, и читателю становится ясно, что плавать герой так и не научится.

Но не всегда “чужое” слово в рассказах В. Голявкина служит предметом спора или опровержения. Есть истории, в которых своим монологом герой вызывает к себе доверие и симпатию. Но и здесь писатель предпочитает создавать ситуации парадоксальные. Рассказ “Вязальщик” начинается со слов:

 

Конечно, вы удивитесь. Потому что я мальчик... Но не в этом дело. Дело в том, что я вязать умею.

 

Насмешек герою, занимающемуся таким “немужским” делом, не избежать. Отношение к вязальщику изменилось только тогда, когда он пришел в класс в новом связанном свитере:

 

Никто уж не дразнит, конечно. Чего уж тут дразнить. Вязальщиком быть совсем неплохо. Это всем стало ясно.

 

Справедливо гордится результатом своего труда герой рассказа “Тыква в сундуке”. И хотя тыква выросла маленькая, больше похожая на орех, мальчик с достоинством говорит о ней: “Моя тыква сундучная. Я ее в сундуке растил!”

Такие герои, увлеченные своим делом, симпатичны автору. Творческая активность делает их сродни писателю и художнику, хотя окружающим они часто кажутся смешными чудаками. Но совсем не смешно становится тогда, когда приземленные представления губят творческий порыв в душе ребенка. Этой теме посвящен рассказ-миниатюра “Четыре цвета”.

 

Первоклассник Алик нарисовал:

Сиреневого верблюда,

Зеленую лошадку, синюю утку

И красного зайца.

Папа, увидев рисунок, сказал:

– Разве бывают сиреневые верблюды, зеленые лошадки, синие утки и красные зайцы?

– Не бывают, – сказал печально сын. – Но у меня было только четыре краски... Вот что я сделаю!

И он тут же нарисовал:

Красный мак,

Зеленый огурец,

Синее небо

И сиреневую сирень...

 

Рассказ завершается выразительным многоточием. После тавтологического сочетания слов “сиреневая сирень” дальнейшие пояснения уже излишни.

Так в сжатом объеме короткого рассказа В. Голявкин блестяще использует выразительные возможности слова и звука, синтаксиса и графики.

 

Вопросы и задания

 

1. Какими лексическими и синтаксическими особенностями отличается речь героев в рассказах В.В. Голявкина “Не-а” и “Ну и что же”?

2. В чем своеобразие диалога в рассказе “Тетрадки под дождем”? Как связан такой абсурдный диалог с ситуацией, произошедшей на уроке?

3. Какова роль “чужого” слова в рассказе “После зимы будет лето”?

4. В чем своеобразие монолога в рассказах В. Голявкина? Покажите это на примере рассказа “Никакой горчицы я не ел” и “В любом деле нужно уметь работать”. Обратите внимание на роль названий.

5. Какую роль выполняет графическое написание в рассказах В. Голявкина? Приведите примеры.

6. Обратившись к главе 1 (1.1), проанализируйте один из рассказов В. Голявкина и определите его проблематику, конфликт и художественную идею.

 





загрузка...
загрузка...