Домашние работы и доклады по литературе за 9 класс

ЧАСТЬ 2

 

ЛИТЕРАТУРА XX ВЕКА

Александр Исаевич Солженицын

Матренин двор

Вопросы и задания к стр. 280-281

2. Книги, важные для становления Солженицына как писателя

В СССР в сталинский период под негласным запретом находились книги Ф. М. Достоевского, не переиздавался и стал практически библиографической редкостью «Толковый словарь живого великорусского языка» В. И. Даля.

Когда Солженицын находился в спецтюрьме № 16 («Марфинская шарашка»), где работал как инженер, он имел возможность читать книги, которых не было в обычных библиотеках страны. В это время он познакомился с книгами Достоевского и словарём Даля, который в буквальном смысле можно читать как художественное произведение.

Даль научил Солженицына вдумываться, вслушиваться в речь, дорожить звучанием исконно русских слов. Достоевский поразил Солженицына не только как писатель, но и как идеолог «почвенничества»: он провозглашал необходимость сближения интеллигенции с народом на религиозно-нравственной основе.

Влияние этих писателей явственно видно в рассказе «Матрёнин двор».

3. О повести «Один день Ивана Денисовича»

Повесть была создана в 1959 году и напечатана в июне 1962 года в 11-м номере журнала «Новый мир», который редактировал А. Т. Твардовский. Затем она вышла отдельным изданием. Произведение это принесло писателю славу и мировую известность.

Читатели нашей страны приветствовали её появление как факт проявления исторической истины: здесь с мужеством Солженицына вставало в один ряд мужество редактора журнала Твардовского, который взял на себя ответственность за публикацию повести. Публикация эта давала надежду на то, что годы сталинизма прошли безвозвратно, что можно, наконец, будет сказать правду, о которой под страхом смерти молчали десятилетиями.

Читатели за рубежом отнеслись к повести как к художественному документу, с глубокой силой изображавшему реальности системы ГУЛАГа, которая уничтожала в человеке достоинство личности и отбирала даже силы к сопротивлению, волю к жизни. В то же время поразительным было то вкоренённое в создание простого человека нравственное начало, которое является спасительным для угнетённого народа.

4. О книге «Архипелаг ГУЛАГ»

Публикация «Одного дня Ивана Денисовича» вызвала отклики тысяч людей. Среди них были «зеки» из крестьянства, духовенства, интеллигенции. От тех, кого огульно называли «врагами народа», Солженицын получил тысячи писем с рассказами о трагических судьбах людей. Писатель счёл своим долгом рассказать об этих исковерканных жизнях.

В 1958 году он задумал книгу «Архипелаг ГУЛАГ», до 1964 года собирал материал. Данные, почёрпнутые из разных источников, собственные наблюдения и свидетельства очевидцев выстраивались в художественное исследование, охватывающее почти четыре десятилетия (1918-1956).

Книга эта — не роман, а именно исследование, где Солженицын пытается установить, почему зло в России смогло принять такие чудовищные размеры и формы, исследует душу современного человека.

Солженицын завершает «Архипелаг ГУЛАГ» весной 1968 года. Писатель В. Л. Андреев вывозит рукопись на Запад. С конца 1973 года роман начинает печататься в Париже. В результате 13 февраля 1974 года Солженицына арестовывают, лишают советского гражданства и высылают за границу.

6. В 1998 году Солженицын получил награду Русской православной церкви — орден Св. благоверного князя Даниила Московского.

Однако непонятно, почему для авторов учебника наиболее важным стал вопрос не о награждении Солженицына высшей писательской премией, что было бы логично знать при изучении литературы (в 1970 г. Солженицыну присуждается Нобелевская премия по литературе), а наградой РПЦ.

7. Первоначальное значение рассказа «Матрёнин двор» — «Не стоит село без праведника».

8. Образ России в рассказе «Матренин двор»

Авторы учебника первую часть вопроса формулируют так: «Какова Россия А. И. Солженицына?» Вопрос поставлен слишком обще, поэтому мы обращаемся ко второй части этого пункта, где нам предлагают описать образ России в рассказе «Матрёнин двор».

Герой рассказа хочет «затесаться и затеряться в самой нутряной России — если такая где-то была, жила». После многих лет, проведённых в заключении, рассказчик хочет внутренней тишины. Важным условием обретения такой тишины для него становится приобщение к неискажённому страхом и лагерями духу народа, который он надеется почувствовать в центральной России.

Он ищет место, где бы «веселела душа». Таким ему кажется Высокое Поле, то место, «где не обидно бы и жить и умереть». Важным условием для рассказчика является отсутствие радио; в контексте рассказа радио — символ государственной лжи, которая распространяется на всю страну.

Однако в Высоком Поле герой-рассказчик не смог остаться: «там не пекли хлеба». С одной стороны, это реальный факт: если каждый день носить хлеб, самый необходимый продукт, из города, жить очень тяжело, неудобно. Но в контексте рассказа этот факт приобретает символическое значение: хлеб — это душа русского народа, и крестьяне, которые не умеют испечь хлеба, воспринимаются как люди, потерявшие нечто исконное, отлучённые от тысячелетней традиции.

Герой-рассказчик понимает все стороны жизни современной ему России, видит беспорядочное, горькое, отлучённое от истоков. Таким представляется ему посёлок с трудновыговариваемым названием Торфопродукт (надо сказать, что и сейчас недалеко от города Владимира есть, например, посёлок с названием Оргтруд). Но как раненая собака ищет травку, которая — единственная из всех — обладает целебными свойствами, так для героя единственным лекарством от перенесённых им бедствий становится «кондовая Россия».

И герой-рассказчик ощущает, предчувствует её в умильной речи женщины, торгующей молоком, и находит её в деревне Тальново, за которой «целый край идёт деревень: Часлицы, Овинцы, Спудни, Шевертни, Шестимирово».

В прохудившейся избе Матрёны герой встречает исконную Россию, воплотившуюся в чистой душе русской женщины, ведущей бедную незамысловатую жизнь в постоянной готовности помочь людям, несущей в мир идеи подлинности, простоты и нестяжательства.

9. Речь Матрёны

Речь Матрёны — частая народная речь, в которой много диалектизмов, с экспрессивным синтаксисом, который ярко передаёт интонацию говорящей.

В том, с какой любовь передаёт Солженицын речь деревенской женщины, какой внимание уделяет он устаревшим и редким словам, чувствуется внимательный читатель словаря Даля.

В рассказе не говориться о том, что Матрёна чувствовала фальшь в словах. Так написано в статье по книге Ж. Нивы (стр. 264), но мы изучаем не статью, а саму повесть.

В повести есть эпизод, где рассказывается, как Матрёна слушала радио, как реагировала на различные новости и как относилась к исполнению песен Шаляпиным и к концерту из романсов Глинки: она не признала «нашим» Шаляпина, но «растеплелась», слушая романсы Глинки.

10. Повесть «Матрёнин двор» соединяет в себе признаки очерка и сказа

Примером подобных очерков можно считать «Записки охотника» И. С. Тургенева: мы знаем, что герои произведений не вымышлены, что они реально жили и были участниками описанных событий. Очерк анализирует, главным образом, социальные проблемы и содержит прямое истолкование событий автором, что присутствует в «Матрёнином дворе».

Сказ — это, в одном значении, фольклорная форма, стоящая на грани бытовой речи и художественного творчества. К таким сказам относятся и литературные сказы Н. С. Лескова, П. П. Бажова.

В другом значении сказ — это принцип повествования, основанный на имитации речевой манеры обособленного от автора персонажа — рассказчика; такой сказ лексически, синтаксически и интонационно ориентирован на устную речь (например, сказы М. М. Зощенко).

В повести Солженицына мы видим — но не сразу — сказ во втором значении.

Рассказчик в «Матрёнином дворе», попадая под обаяние напевной деревенской речи, постепенно начинает говорить сказово, даже сказочно. До встречи с женщиной, торгующей молоком, речь рассказчика не звучит как сказ, это простой литературный язык. Постепенно, с углублением в жизнь Матрёны языковая стихия захватывает его. Особенно ярко это проявляется в абзаце, где намеренно смешивается речь рассказчика и несобственно прямая речь Матрёны:

«Разговаривая со мной, она так и лежала на печи ничком, без подушки, головой к двери, а я стоял внизу. Она не проявила радости заполучить квартиранта, жаловалась на чёрный недуг, из приступа которого выходила сейчас: недуг налетал на неё не каждый месяц, но, налетев, — держит два-дни и три-дни, так что ни встать, ни подать я вам не приспею. А избу бы не жалко, живите».

Совершено в сказовой манере звучит повествование о котелке, который пропал у Матрёны после водосвятия, и рассказ о слушании радио («Немного выдравшись из колотной своей житёнки...»).

11. Вопрос учебника звучит так: «Как в портретах героев солженицынских произведений «просвечивает» «басенный животный мир», юмор русских народных сказок и былин?»

Во-первых, мы не можем говорить о произведениях Солженицына вообще; мы обсуждает сейчас только повесть «Матрёнин двор».

Во-вторых, неясно, что подразумевается под «просвечиванием» «басенного животного мира»: то ли то, что герои-люди похожи на басенных героев-животных (в «Матрёнином дворе» этого нет), то ли то, что животные приобретают человеческие черты, как животные в баснях (этого тоже нет).

В-третьих, «юмора русских народных сказок и былин» в повести «Матрёнин двор» тоже нет. Поэтому мы напишем немного просто о «животном мире».

«Животный мир» в повести

О животном мире в повести говорить можно только в кавычках. Живущим в избе Матрёны существам рассказчик посвящает отдельную страницу, начинающуюся словами: «Кроме Матрёны и меня, жили в избе ещё: кошка, мыши и тараканы». Рассказчик говорит, что он привык и к тупому громкому звуку, с которым прыгала на пол колченогая кошка, и к шуршанию мышей под обоями, и к шороху тараканов за перегородкой, «ибо в нём не было ничего злого, в нём не было лжи. Шуршанье их — была их жизнь».

Единственный «живот» Матрёны — грязно-белая коза, наносить которой сена для Матрёны — огромный труд.

12. Трагизм жизни и судьбы Матрёны

Трагизм — то, что потрясает, что исполнено страданий.

В первые месяцы жизни героя у Матрёны судьба хозяйки не кажется ему трагичной. Он видит «потерянную старуху», которая бесконечно крутится по хозяйству, невкусно готовит, часто уходит помогать своим односельчанам.

И лишь после нескольких месяцев дружной жизни, в которой постоялец полностью принял обычаи хозяйки, а хозяйка с большой деликатностью относилась к постояльцу, после того, как они прониклись друг к другу уважением и доверием, рассказчику открылись такие стороны жизни старой женщины, благодаря которым он «в первый раз совсем по-новому увидел Матрёну».

Любовь и страдание, которые вошли в жизнь Матрёны сорок лет назад, вдруг проступили через пелену быта и потрясли героя. «Я представил их рядом: смоляного богатыря с косой через спину; её, румяную, обнявшую сноп. И — песню, песню под небом, какие давно уже отстала деревня петь, да и не споёшь при механизмах». И война, которая разрушила веру в возвращение любимого, революция, которая переворошила весь быт. И тогда Матрёна вышла замуж за брата своего любимого Фаддея, Ефима, которого не любила, но — «рук у них не хватало». Умерла мать, не было в семье хозяйки, а Матрёна летом вышла за Ефима, а зимой вернулся Фаддей. По его реакции на женитьбу брата мы видим, что он относился к женщине в первую очередь как к собственности и простил её только потому, что она теперь являлась собственностью одного из членов его семьи, таким образом, отчасти и его тоже.

Дети, рождавшиеся у Матрёны, не жили — умирали. Муж не оценил её простоты и доброты, уезжая в город на заработки, «сударку завёл, к Матрёне и возвращаться не хотел». Ефим не вернулся с войны — пропал без вести. Смыслом жизни Матрёны стала племянница Кира — дочь Фаддея. Но Кира выросла и вышла замуж.

Если не любовь к Фаддею, то память о своей любви, о своей молодости и чистых чувствах сохранила Матрёна на всю свою жизнь. И именно тот человек, которого она любила, разрушил её жизнь: алчно сломал её дом, выдрав из него горницу, и жадность его в результате привела к гибели Матрёны.

Античные трагедии должны были вызывать у зрителей катарсис — чувство сострадания, которое ведёт к очищению, обновлению души.

Судьба Матрёны исполнена высокого трагизма, она заставляет нас сопереживать ей, сострадать, и мы лучше понимаем душу русского народа и сами становимся чище.

13. Французский критик Жорж Нива (фрагмент из его книги «Солженицын» опубликован в учебнике на стр. 262—265). Авторы учебника предлагают нам написать, в чём, по мнению Ж. Нивы, «величие писателя Солженицына».

Однако в опубликованном отрывке не говорится о «величии». Поэтому дать развёрнутый ответ на этот вопрос не представляется возможным.