«Исход» большой части русских писателей за рубеж также способствовал возникновению различного рода объединений, тем более что по этому параметру в 1920-е гг. между двумя ветвями литературы шло своего рода соревнование. В Париже в 1920 г. выходил журнал «Грядущая Россия» (1920) при участии М. Алданова, А. Толстого. Долгой была жизнь «Современных записок» (1920-1940), где печаталось старшее поколение эмигрантов. Мережковский и Гиппиус в Париже создали литературно - философское общество «Зеленая лампа» (1926), его президентом стал Г. Иванов. Закату общества способствовало появление нового журнала «Числа» (1930-1934). «Под тяжестью «Чисел» медленно и явно гаснет «Лампа», - сетовала З. Гиппиус. Молодые писатели печатались в журнале «Новый корабль» (1927-1928), а решающую роль в объединении эмигрантской молодежи сыграл все-таки журнал «Числа».
Русские литературные центры сложились и в других крупных городах Европы. В Берлине в начале 1920-х гг. функционировали Дом искусств, Клуб писателей, учрежденный высланными из России Н. Бердяевым, С. Франком, Ф. Степуном и М. Осоргиным. Горький издавал в Берлине журнал «Беседа» (1923-1925), где печатались А. Белый, В. Ходасевич, Н. Берберова и др. Там же выходил и литературный альманах «Грани» (1922-1923). Здесь выходили лучшие эмигрантские газеты «Руль» (где постоянно печатался В. Набоков под псевдонимом «В. Сирин»), «Дни». «Русский Берлин» - тема многочисленных исследований и изысканий зарубежных славистов377. В Белграде в среде югославской эмиграции была наиболее популярной и влиятельной русская ежедневная газета «Новое время»378. В Праге, например, издавались журналы «Своими путями» (1924-1926), «Воля России» (1922-1932), впоследствии преобразованная в журнал, там печатались А. Аверченко, И. Бунин, З. Гиппиус, Е. Замятин, Д. Мережковский, М. Цветаева. В Болгарии разнообразную в идейном, жанровом и стилистическом отношении картину представляла собой русская периодика, а также «Славянские встречи», ежегодные дни русской культуры379. Интересна «география» издания журнала «Русская мысль» - в Софии (1921-1922), в Праге (1922-1924), в Париже (1927). Общая характеристика журналов дана Глебом Струве380. В книге «Русская литература в изгнании» он называет писательские объединения литературными гнездами, подчеркивая их влияние на развитие литературных талантов.
377 Чернова И. «Русский Берлин». Новые материалы // Вопросы литературы. - 1990. - № 8. - С. 247-254.
378 Азаров Ю.А. Газета «Новое время» в эмиграции // Вестник МГУ. Сер. 9. - 2002. - № 1. - С. 119-133.
379 Русев Р. Литературные газеты и журналы русской эмиграции в Болгарии (1919-1941) // Вестник МГУ. Сер. 9. - 2000. - № 5. - С. 110-121.
380 Струве Г.П. Журналы русского зарубежья // Русская литература. - 1991. - № 1.
Литературные объединения создавались писателями на Востоке. В критике уже отмечалось, что жизнь русской эмиграции в Харбине и Шанхае сложилась иначе, чем у русских в Европе или в Америке, ибо в Китае русская эмиграция была носителем европейской культуры, и русское население Китая никогда не поглощалось аборигенами. Так, русские в Харбине составили 124 тысячи человек, в городе работали три русских университета, два кафедральных собора, несколько церквей, работали русские издательства, выходили русские газеты и журналы, на улице господствовал русский язык381. В Шанхае русские писатели сплотились в объединения «Понедельник» и «Шатер», а также при журналах «Слово», «Новый путь» и др., хотя шанхайские издатели работали в основном на уровне беллетристики. Наиболее значительным был успех харбинского журнала «Рубеж» (1925-1943)382.
В мае 1928 г. в Белграде (Сербия) начало работу Оргбюро Первого съезда русских эмигрантских писателей и журналистов. На его торжественном открытии 25 сентября 1925 г. с рефератом «О значении и задачах съезда» выступил известный в дореволюционной России писатель Василий Немирович-Данченко (брат советского режиссера). На съезде было заслушано 17 докладов по темам, большей частью касавшимся организационных основ литературной жизни. На съезде присутствовали З. Гиппиус, Д. Мережковский, Б. Зайцев, И. Шмелев, А. Куприн, Е. Чириков, П. Струве, А. Бем и др. (Бунин приехать не смог). О значимости каждого из представленных на съезде местных союзов говорит численность делегатов с правом голоса: от Парижа 39, от Берлина - 10, от Праги - 16, от Белграда - 8, от Варшавы - 5. Съезд принял решение основать Зарубежный союз русских писателей и журналистов.
Съезд стал большим событием в жизни Сербии: ему сопутствовали литературные вечера (один из них посвящался 100-летнему юбилею Л. Толстого), встречи с читателями, приемы на уровне королевского двора. В предпоследний день форума состоялась встреча короля Сербии с 14 русскими писателями, награжденными орденами - З. Гиппиус, Д. Мережковским, А. Куприным, Б. Зайцевым и др. «Если считать, что съезд русских писателей и журналистов был созван для того, чтобы привлечь внимание в мире и в особенности в Советском Союзе к русской зарубежной литературе как к новому общественному явлению, то тогда этот съезд своей цели достиг... Известия о съезде распространялись по всему миру»383. Съезд дал писателям русского зарубежья большую моральную поддержку и стимул творчества. Однако в дальнейшей литературной жизни съезд практического значения не имел и остался единственным форумом, объединившим всю литературную эмиграцию. А опустившийся на границы России «железный занавес» оборвал связи между двумя ветвями русской литературы, что значительно усугубило нелегкое положение литературы советской, изолировало ее от многих писателей Серебряного века, в том числе и модернистов.
Здесь надо заметить, что в 1920-е гг. русская литература развивалась не только с учетом опыта отечественного модернизма 1900-1910-х гг., но и Запада. Горький в 1928 г. писал о К. Гамсуне. А. Воронский также пропагандировал произведения К. Гамсуна, М. Пруста, опровергая «наивные выводы» о том, что у таких писателей «нам-де нечего учиться». Набоков, Ремизов за рубежом, Замятин, Олеша, Пильняк, Пастернак, Шкловский, Ахматова в России размышляли об «Улиссе» Джойса. У Бабеля критика находила гротеск, клоунаду, подобные джойсовскому. Известный кинорежиссер Эйзенштейн, по его собственному признанию, «изучил» Джойса, читал о нем лекции в Институте кинематографии . Но уже в начале 1930-х гг. Вс. Вишневского публично осуждали за его интерес к Джойсу, называли его «формалистическим коммунистом» за призывы изучать Джойса и Дос Пассоса (что не помешало писателю во время зарубежной поездки навестить Джойса и отдать должное его художественным открытиям). Джойс, как и Пруст, стали постоянными мишенями для нападок на писательских собраниях и на Первом съезде писателей - в докладе К. Радека. (Во второй половине 1930-х гг. Джойса перестали переводить.)
381 Рехо К. Николай Байков. Судьба и книги: Из литературного наследия «русского» Харбина // Литературное обозрение. - 1993. - № 7, 8. - С. 42.
382 См.: Русский Харбин. Сборник. - М., 1998; Бузуев О.А. Очерки по истории литературы русского зарубежья Дальнего Востока (1917-1945). - М., 2000.
38 Джурич О. Русская литературная Сербия. 1920-1941. (Писатели, кружки и издания). - Белград, 1990. См. также: Русский рубеж (Спецвыпуск «Литературной России». - 1991. - № 4). - С. 23.
384 Литературный мир об «Улиссе»// Иностранная литература. - 1989. - № 11. - С. 239-243.
Литература
1. Белая Г. Дон Кихоты 20-х гг.. «Перевал» и судьбы его идей. - М., 1989.
2. Васильев И.Е. Русский поэтический авангард ХХ века. - Екатеринбург, 1996.
3. Заламбани М. Искусство в производстве. Авангард и революция в Советской России 20-х годов / Пер. с итал. Н.Б. Кардановой. - М., 2003.
4. Голубков М.М. Утраченные альтернативы: Формирование монистической концепции советской литературы: 20-30-е годы. - М., 1992.
5. Жаккар Ж.-Ф. Даниил Хармс и конец русского авангарда. - СПб., 1995.
6. Кобринский А. Поэтика «Обэриу» в контексте русского литературного авангарда. Ч. 1,2. - М., 1999; 2000.
7. Литературное движение советской эпохи. Материалы и документы. Хрестоматия. - М., 1986.
8. Сидорина Е. Русский конструктивизм: истоки, идеи, практика. - М., 1995. 384