АНАЛИЗ ПРОИЗВЕДЕНИЙ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX ВЕКА

Василий Андреевич Жуковский (1783-1852)

«Невыразимое»

История создания.

Начиная с первой элегии Жуковского «Сельское кладбище» (1802) поэт обращается к совершенно новому для русской литературы на­правлению — романтизму. В его последующих произведениях посте­пенно складываются основные черты лирики этого направления, в ко­торых определяются ее основные темы, мотивы и образы, возникает новый поэтический язык и особая романтическая философия. Она свя­зана с идеей двоемирия, состоящей в противопоставлении реальности и мечты, идеала; обыденного и чудесного, таинственного. Итогом этих творческих исканий явились стихотворения зрелого периода, создан­ные в 1819-1824 гг. Они стали своеобразным манифестом русской ро­мантической поэзии. Одним из наиболее значимых среди них явилось стихотворение «Невыразимое», написанное летом 1819 года.

Жанр и композиция.

Поэт определяет жанр своего стихотворения как отрывок. Это ука­зывает на неразрешенность тех вечных вопросов, которые лежат в ос­нове данного философского стихотворения. Тем не менее композици­онно это произведение является вполне законченным. Начало его представляет собой философский вопрос: «Что наш язык земной пред дивною природой?» Основная часть стихотворения — развитие заяв­ленной темы и попытка найти ответ на поставленный вопрос путем нанизывания целого ряда вопросов, уточняющих и дополняющих главный. При этом движение поэтической мысли основано на контра­сте. Все стихотворение пронизано противопоставлениями: мертвое — живое («Но льзя ли в мертвое живое передать?»); искусство — природа («Она (природа) рассыпала повсюду красоту и разновидное с единст­вом согласила! Но где, какая кисть ее изобразила?»); слово — создание («Кто мог создание в словах пересоздать?»); доступное выражению — невыразимое («...Ненареченному хотим названье дать — и обессилено безмолвствует искусство?»). В конце стихотворения поэт приходит к выводу: «...И лишь молчание понятно говорит».

Тематика и проблематика.

Стихотворение может быть отнесено по своей тематике к пейзажной лирике, но никогда природа в стихах Жуковского не существует сама по себе. Как отмечал еще В.Г. Белинский, у Жуковского «романтическая природа, дышащая таинственной жизнью души и сердца». Пейзаж в данном стихотворении не только глубоко субъективен и лиричен, но несет важнейшую философскую нагрузку. Созерцая красоту природы, поэт пытается проникнуть в тайны мироздания: «...Сие присутствие Создателя в созданье» — вот то главное, что интересует лирического ге­роя стихотворения. Именно с этим связана основная проблема: воз­можно ли выразить словами ту тайну, ощущение которой смутно рож­дается при созерцании прекрасной природы:

 

Сии картины берегов

В пожаре пышного заката —

Сии столь яркие черты -

И есть слова для их блестящей красоты.

Но то, что слито с сей блестящей красотою,

Сие столь смутное, волнующее нас...

Какой для них язык?

Так поэт выходит на основную тему стихотворения, которая связана с размышлениями о поэзии и поэте, его творчестве и взаимоотноше­нии с мирозданием.

Идея и пафос.

Известный литературовед Г.А. Гуковский в книге «Пушкин и русские романтики» так определяет идею стихотворения «Невыразимое»: «Ос­новная мысль стихотворения в том, что объективный мир природы не есть нечто подлинное, а что искусство призвано передавать лишь то невыразимое душевное волнение, те зыбкие оттенки настроений, кото­рые составляют суть внутренней жизни сознания и для которых внеш­няя природа является лишь условным возбудителем, поводом»1.

1 Гуковский Г.А. Пушкин и русские романтики. М., 1965.

Дейст­вительно, Жуковский не только стал первооткрывателем лирического пейзажа в русской поэзии. Именно он начинает тему «невыразимости» с помощью слов той тайны мира, которую стремится разгадать поэт-романтик. Она получит дальнейшее развитие в русской литературе, и каждый поэт по-своему попытается решить эту проблему. В стихотво­рении «Невыразимое» Жуковский так определяет задачу поэзии:

Хотим прекрасное в полете удержать,

Ненареченному хотим названье дать...

 

Поэт уверен, что красота природы может быть изображена с помо­щью слов: «И есть слова для их блестящей красоты». Но остается нераз­решенным главный вопрос: «Невыразимое подвластно ль выраже­нью?..» Поэт пытается найти подходящие слова, но это возможно лишь тогда, когда он находится в особом состоянии:

Когда душа сметенная полна

Пророчеством великого виденья

И в беспредельное унесена —

Спирается в груди болезненное чувство,

Хотим прекрасное в полете удержать...

Лирический герой стихотворения утверждает: «Святые таинства, лишь сердце знает вас». Именно поэту-романтику иногда удается в порыве вдохновения, которое рождается от соприкосновения с прекрасной при­родой, приоткрыть таинственную завесу над невыразимым: «Едва-едва одну ее черту с усилием поймать удастся вдохновенью...» Вот почему па­фос стихотворения возвышенный, романтический. Он соответствует той высокой миссии поэта, которая заявлена в этом стихотворении.

Художественное своеобразие.

Жуковский ищет новый язык, способный выразить «невыразимое». Это язык символов, то есть слов-знаков, за которыми скрывается тайна мира иного. Вот почему многие слова у него утрачивают свое прямое значение. Так, например, эпитет тихий, связанный со словом небо («сей пламень облаков, по небу тихому летящих»), обозначает чувство лириче­ского героя и утрачивает свое прямое значение — «негромкий». Зачастую такого рода эмоциональные эпитеты становятся знаками эмоций и чувств, приобретая функцию существительных: «Хотим прекрасное в по­лете удержать, ненареченному хотим названье дать...». Ту же функцию не­сут метафоры и олицетворения-. «Сие дрожанье вод блестящих, сии кар­тины берегов в пожаре пышного заката...». Именно потому развернутые сравнения часто производят неясное впечатление, их смысл затемнен:

Сей миновавшего привет

(Как прилетевшее внезапно дуновенье

От луга родины, где был когда-то цвет,

Святая молодость, где жило упованье)...

Все эти средства художественной выразительности призваны созда­вать особое музыкальное звучание, как и использование анафоры (строчки, начинающиеся со слова сие, сии, сей, сея). Этому же способ­ствует и несколько замедленный, певучий ритм, насыщенность вопро­сительными и восклицательными интонациями. Давно замечено, что поэтический язык Жуковского очень музыкален - ведь романтики счи­тали, что именно через музыку ближе всего можно подойти к тайне ми­ра, буквально услышать ее и почувствовать. Такого мелодизма стиха до Жуковского русская поэзия еще не знала.

Значение произведения.

Стихотворение «Невыразимое» — программное, оно стало одной из первых развернутых поэтических деклараций Жуковского, в которых определяется его поэтическое кредо. Оно не только насыщено романти­ческой образностью, но и выражает основные черты романтической фи­лософии поэта. Вместе с другими произведениями зрелого периода это стихотворение вводило в сознание русских читателей новые образы и символы, создавало язык русской романтической поэзии. Именно в нем со всей отчетливостью была поставлена проблема «невыразимости», то есть поиска адекватного поэтического языка. «Невыразимое» Жуковского предваряет тютчевское «Silentium». В русской поэзии этой теме посвяти­ли свои стихотворения многие романтики XIX века, такие, как Лермон­тов, Фет, каждый из которых предложил свое оригинальное ее видение, а в дальнейшем ее разрабатывали поэты-символисты серебряного века.