Как написать сочинение. Подготовка к ЕГЭ

Леднёв А. В 
Поэма «Анна Снегина» 

Эта поэма, написанная в 1925 г., по признанию поэта, «лучше всего, что я написал». Жанр поэмы определяют как лиро-эпический: внутренний, лирический сюжет произведения неразрывно связан с рассказом о том, что «случилось, что стало в стране». Образцом для подражания Есенину послужил роман в стихах «Евгений Онегин», мотивы которого слышны в «Анне Снегиной» (дворянская тема, первая любовь героев, «разность» между автором и героем поэмы Сергеем). В основе сюжета – реальные события: два приезда Есенина на родину в 1918 и 1924 гг. (в поэме действие происходит в 1917 г. и в 1923 г.); прообразом главной героини стала знакомая Есенина, помещица Л. И. Кашина.

В центре лирического сюжета поэмы – встреча «знаменитого поэта» со своей первой любовью летом 1917 года:

«А,
Здравствуйте, мой дорогой!
Давненько я вас не видала.
Теперь из ребяческих лет
Я важная дама стала,
А вы – знаменитый поэт.
Какой вы теперь не такой!
Я даже вздохнула украдкой,
Коснувшись до вас рукой…
<…>Мы вместе мечтали о славе…
И вы угодили в прицел,
Меня же про это заставил
Забыть молодой офицер…»

Определяющими в развитии лирического сюжета поэмы являются строчки: «И в сердце хоть прежнего нет, / По-странному был я полон / Наплывом шестнадцати лет…». Встреча Сергея с Анной происходит в драматические дни: назревает революция, на фронте гибнет муж Анны (а Сергей – «первый в стране дезертир» – жив и здесь):

Теперь я отчетливо помню
Тех дней роковое кольцо…
Но было совсем не легко мне
Увидеть ее лицо.

Выше уже отмечалось «многоголосие» поздней лирики Есенина. Это в полной мере относится и к поэме, где события 1917–1923 гг. даются глазами самых разных людей: мельника, его жены, криушинских мужиков. Показательно, что и начинается поэма с рассказа возницы о том, как в Радове «скатилась со счастья вожжа»: криушане убили старшину их деревни. С тех пор «то радовцев бьют криушане, то радовцы бьют криушан». Убийца старшины – Петр Оглоблин (фамилия «говорящая») – нынешний вождь криушан. Именно он зовет Сергея в «помощники», чтобы ехать «к Снегиной… вместе… Просить». Происходящее оценивается автором не прямо, а через характеристики персонажей (например, того же Прона: «Оглоблин стоит у ворот / И спьяну в печенки и в душу / Костит обнищалый народ») и через предметные детали. В тот визит с землей ничего не получилось: Сергей увел Прона из дома, где получили похоронку. Осенью этого же года «первым описывать барский дом» поехал брат Прона Лабутя, член Совета и «герой» войны, которому дается такая убийственная характеристика: «Мужик – что твой пятый туз: / При всякой опасной минуте / Хвальбишка и дьявольский трус». (Пятый туз – лишний туз в шулерской колоде).

Объяснение Анны с Сергеем – кульминация в развитии лирического сюжета:

Я помню 
Она говорила:
<…>
«… вас
Оскорбила случайно…
Жестокость была мой суд…
Была в том печальная тайна,
Что страстью преступной зовут…»

Спустя многие годы Сергей узнает причину отказа «девушки в белой накидке»:

«Конечно, до этой осени
Я знала б счастливую быль…
Потом бы меня вы бросили,
Как выпитую бутыль…
Поэтому было не надо…
Ни встреч… ни вообще продолжать…
Тем более с старыми взглядами
Могла я обидеть мать».

Одна из причин разразившейся революции, а потом и гражданской войны – пропасть между «белой» и «черной» костью, Россией дворянской и крестьянской. Она оказалась непреодолимой и для Сергея с Анной, несмотря на то чувство, что их связывало: «лирике» помешал «эпос». Судьбы героев оказываются неотделимы от судьбы их родной страны.

Композиция поэмы, как и многих лирических стихов Есенина, построена по кольцевому принципу.

Далекие, милые были,
Тот образ во мне не угас…
Мы все в эти годы любили,
Но мало любили нас, 

так заканчивается первая глава. В заключительной главе, после того, как Сергей получил от Анны «беспричинное письмо» с лондонской печатью, в этих стихах изменено всего одно слово. В любые, даже самые «суровые и грозные годы», внутреннее (мир души, чувства) – главное для человека. Это неуничтожимо, вечно. Об этом – финальные стихи поэмы:

Мы все в эти годы любили,
Но, значит, любили и нас.