Роман М. А. Булгакова «Мастер и Маргарита» — сложное по композиции литературное произведение. В его состав входят как бы два романа: роман Мастера о Понтии Пилате и роман о судьбе самого Мастера. Эти два повествования, переплетаясь между собой, образуют целостное произведение не только о судьбах отдельных личностей, но и человечества в целом.
Роман о Понтии Пилате, который пишет Мастер, — это содержательный центр созданного Булгаковым художественного мира. Его первая глава — «Понтий Пилат» — это рассказ Воланда, который выслушивают Берлиоз и Иван Бездомный на Патриарших прудах. Именно в этой главе всесильный прокуратор Иудеи допрашивает Иешуа Га-Ноцри — бродячего философа-проповедника, которого приводят во дворец Ирода Великого на суд к Пилату. Хотя роман Мастера называют «роман о Пилате», его центральный персонаж — Иешуа. Из-за него Пилат вступает в конфликт не только с Каифой, иудейским первосвященником, но и с собственной совестью. В романе Иешуа выступает как носитель высшей истины — истины доброй воли, согласно которой «человек может делать добро помимо и вопреки всяких корыстных соображений, ради самой идеи добра, из одного уважения к долгу или нравственному закону».
Иешуа утверждает, что злых людей нет. Даже кентуриона Марка Крысобоя он называет добрым человеком, хотя и несчастливым, ожесточившимся «с тех пор, как добрые люди изуродовали его». Все это Иешуа говорит прокуратору после того, как другие «добрые люди» предали и собираются казнить его самого. Считая всякую власть насилием над людьми, Иешуа утверждает, что настанет время, когда не будет ни власти кесарей, ни какой-либо иной власти, что человек непременно достигнет «царства истины и справедливости, где вообще не будет надобна никакая власть».
Несмотря на все усилия Понтия Пилата спасти философа, тот трагически погибает: принципы Иешуа пока не могут быть воплощены в жизнь. Однако, согласно Евангелию, ценой смерти он утверждает истину своих слов.
Противостоящий ему Понтий Пилат изображен как холодный и жестокий человек, не верящий в Бога, смертельно уставший от жизни. Учение Иешуа кажется ему невероятной глупостью. Однако прокуратор был уже готов помиловать философа, избавившего его от мучительной головной боли, как в дело вмешались обстоятельства, над которыми даже сам всесильный прокуратор Иудеи был не властен. Ему неожиданно подали бумаги с доносом Иуды, в котором говорилось об отношении Иешуа к верховной власти. Прочитав их, Понтий Пилат понял, что он погиб. Кровь прилила к его вискам, ему даже померещилась плешивая голова императора Тиверия с беззубым ртом. Теперь прокуратор уже не мог и думать об освобождении Иешуа: страх за свою жизнь и власть наполнил его. Лысый император, без сомнения, был для Пилата не символом величия, а конкретным человеком, которого прокуратор хорошо знал и не мог ценить очень высоко. Скорее всего он совершенно не верил в божественное происхождение императорской власти. Однако в присутствии постороннего лица Пилат вынужден был лгать и притворяться, чтобы спастись от возможного доноса. Вот почему он с ненавистью смотрит на своего секретаря, произнося слова о величии прекрасной власти императора Тиверия.
Такой поворот событий сломил Понтия Пилата. Он страдает оттого, что поступил не по велению совести, а из одной только трусости отправив на казнь невиновного человека. Недаром слова Иешуа, что трусость — один из величайших пороков, ранят прокуратора в самое сердце. За это он подлежит суду высших сил.