Так чем же привлёк детей «Гулливер» — и чем они завлекли его в свой мир, мир детства, откуда ему, видимо, уже и не выбраться? Да тем, что это, несмотря на аллегорические и политико-сатирические намерения автора, всё-таки прежде всего — «путешествия и приключения», которые и сегодня остаются лучшей детской мечтою и радостью.
И тем ещё, что доступные детям Лилипутия и Бробдингнег с детством имеют одно важнейшее сродство — и тут и там всё может превратиться во всё: то носовой платок становится кавалерийским плащом, то лягушка оказывается ростом в корову... Да и сам герой, за которым следит и следует читатель: то он не просто человек, а Человек-Гора, то — беспомощное крохотное существо, которого и человеком-то не хотят признавать. Не так ли в детской игре, где вещи меняют роли, возрастают и умаляются в своём значении — в зависимости от мира, в котором оказались... Не так ли и в детской жизни: за один её день ребёнок оказывается то «взрослым», «большим» и «сильным», могущим если не всё, то многое, недоступное вчера, то — маленьким и беспомощным, ещё слабее вчерашнего, — хотя бы потому, что вчера он этой беспомощности не осознавал...
И ещё одно есть, глубоко близкое детям в этой книге, в стилистике Свифта, которую не могут изменить никакие переделки. Это, если можно так сказать, «правда факта».
Вы замечали, как дотошны бывают дети к подробностям, как им надо точно знать: во сколько раз больше? какого цвета? откуда взялся? а потом куда поехал? Неисчерпаемость этих вопросов способна довести взрослого до тихого (или буйного) безумия; особенно, если на каждый окончательный ответ следует: а что дальше было? Но эта дотошность необходима ребёнку: мир, в котором столько неизвестного и непонятного, он хочет расставить по местам, всему дать меру, число и вес — и уже не опасаться его, этого мира.
И вот для этой детской потребности «Путешествия Гулливера» — просто пир подробностей, именины сердца. Бесконечные реестры и пересчёты вещей, маршруты поездок, число войск и кораблей, настоящая производственная технология: как шьют Гулливеру одежду в Лилипутии, как изготовляют домик в Великании — столько всего для узнавания не даёт и солидная научно-популярная книжка...
Мы далековато уж отвлеклись от «Гулливера», но лишь для того, чтобы лучше понять: не случайно эта книга любима детьми из поколения в поколение. Соединив в себе игру, и сказку, и путешествие, она помогает ребёнку строить себя и жить в согласии — с вещами и людьми.
