Курс лекций
Французская поэзия середины ХIХ века.
Пьер-Жан Беранже (1780-1857).
Расцвет поэзии Бернаже и её популярности пришёлся на период Реставрации (1815-1830), но его нельзя романтиком. Его стихи принято считать близкими реализму. Безусловно, он был гораздо ближе к реальной жизни, чем все романтики. Его стихам свойственны простота, разговорность языка, изображение бытовых подробностей, обличение социальной несправедливости, тяжёлой жизни народа, неправедности богатых, сатира на священников, дворян и даже иной раз самого короля. Дважды он сидел за это в тюрьме. Часто его стихи написаны от имени разных представителей народа. Есть, также как у Некрасова, народное многоголосье. Также его стихи пронизаны юмором, весельем, прославляют простые радости жизни: вино, любовь, причём, довольно свободную (с традиционной точки зрения, безнравственную). Они весьма напевны и многие из них сразу стали народными песнями. Вот пример многоголосья – сатирическое стихотворение «Знатный приятель», написанное от лица человека с рабской психологией, он очень доволен тем, что стал другом графа, и делает вид, что не видит, что его жена стала любовницей графа.
Я всей душой к жене привязан; // Я в люди вышел... Да чего!
Я дружбой графа ей обязан, / Легко ли! Графа самого!
Делами царства управляя, / Он к нам заходит, как к родным.
Какое счастье! Честь какая! / Ведь я червяк в сравненье с ним!
С его сиятельством самим!
Прошедшей, например, зимою / Назначен у министра бал;
Граф приезжает за женою, - / Как муж, и я туда попал.
Там, руку мне при всех сжимая, / Назвал приятелем своим!..
Какое счастье! Честь какая! / Ведь я червяк в сравненье с ним!
С лицом таким - / С его сиятельством самим!
Самое знаменитое стихотворение Беранже «Безумцы»:
Господа! Если к правде святой / Мир дороги найти не умеет -
Честь безумцу, который навеет / Человечеству сон золотой!
По безумным блуждая дорогам, / Нам безумец открыл Новый Свет;
Нам безумец дал Новый завет - / Ибо этот безумец был богом.
Если б завтра земли нашей путь / Осветить наше солнце забыло -
Завтра ж целый бы мир осветила / Мысль безумца какого-нибудь!