Б. Пастернак — один из самых талантливых русских поэтов и прозаиков XX столетия, лауреат Нобелевской премии. В свое время М. Цветаева об исключительности Б. Пастернака сказала так: «Вы — явление природы. <...> Бог задумал Вас дубом, а сделал человеком».
Очерк жизни и творчества.
Б. Пастернак родился в Москве 29 января (10 февраля) 1890 года в интеллигентной семье: отец — известный живописец, график, иллюстратор, академик и профессор Училища живописи, ваяния и зодчества, мать — пианистка, в 22 года ставшая профессором Императорского русского музыкального общества. В семье кроме старшего сына Бориса было еще трое детей. В доме Пастернаков царила творческая атмосфера, его часто посещали известные художники: В. Серов, М. Врубель, К. Коровин, В. Васнецов, Н. Ге и др.
Талантливого мальчика уже с семи лет стали готовить для поступления в гимназию № 5 — одну из лучших в городе, ведь только окончание «казенного» учебного заведения с золотой медалью могло дать еврею право на поступление в Московский государственный университет. Успешная сдача предварительных экзаменов летом 1900 года не помогла Б. Пастернаку поступить в первый класс, лишь через год, благодаря протекции директора гимназии, он был зачислен во второй класс на освободившееся место.
Учился будущий поэт блестяще. Параллельно с обучением в гимназии проходил курс Московской консерватории (композиторское отделение), писал музыкальные произведения.
После окончания в 1908 году гимназии с золотой медалью Б. Пастернак становится студентом юридического факультета Московского государственного университета, а через год переводится на философское отделение историкофилологического факультета (окончил в 1913 году). В то время студента интересовала не только философия, но и психология, литература, высшая математика.
Как уже отмечалось, семейные традиции определили судьбу Б. Пастернака: в детские годы он довольно серьезно увлекся рисованием. Однако в возрасте 13 лет увлечение изобразительным искусством сменилось увлечением музыкой, а позднее — литературой. Первые опыты в поэзии датируются 1909 годом: стихотворение «Сумерки... словно оруженосцы роз...», ряд других ранних стихов, наброски прозы на обороте университетского реферата.
В 1912 году Б. Пастернак едет в Марбург, где семестр занимается философией в университете. Однако несмотря на лестные похвалы всемирно известного профессора Г. Когена и его предложение остаться при кафедре Б. Пастернак оставляет занятия философией и музыкой и решает стать поэтом, что не обещало ему в дальнейшем ни академической карьеры, ни стабильных финансовых средств.
Первые шаги Б. Пастернака в области литературы были отмечены ориентацией на поэтов-символистов А. Белого, А. Блока, Вяч. Иванова и И. Анненского, участием в московских символистских литературных и философских кружках. Своим учителем в поэзии он считал В. Брюсова, но символизм в целом был ему чужд. Поэт предвидел приближающийся кризис этого художественного направления и ощущал потребность в создании нового искусства, отвечающего требованиям времени, а потому в 1914 году входит в футуристическую группу «Центрифуга». Влияние поэзии символистов на уровне поэтических образов и футуристов на уровне словоупотребления и синтаксиса проявляется в двух первых книгах Б. Пастернака.
К апрелю 1913 года относится дебют поэта в альманахе «Лирика». Первые стихотворения молодого автора написаны под влиянием футуристских поисков, они характеризуются нарушением привычного соотношения предметов и объектов внешнего мира, неожиданным сочетанием слов и образов. Например, в стихотворении «Февраль. Достать чернил и плакать!» (1912) метафоричность письма («писать навзрыд», «грохочущая слякоть», «весною черною горит», «сухая грусть», «ветер криками изрыт») оказывает необычайной силы воздействие на читателя, который, возможно, не сразу понимает смысл происходящего:
Февраль. Достать чернил и плакать!
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.
Стихотворение передает чувства лирического героя, для которого февраль — преддверие весеннего пробуждения природы, а «грохочущая слякоть» — тающий снег, природная влага. От предчувствия скорой весны и для запечатления своей радости поэт не может не писать. Стихотворение выражает единство чувств человека и явлений природы. На подобное соотношение объективного и субъективного (человеческого) будет в дальнейшем ориентироваться великий мастер.
Первая книга поэзии Б. Пастернака «Близнец в тучах», вышедшая тиражом в 200 экземпляров в 1914 году, состояла из двадцати одного стихотворения. Основные темы сборника — вечные: любовь и дружба, творчество и космос, смерть и бессмертие. Лексика стихотворений первого сборника была усложнена одновременным использованием устаревших слов, мифологем и бытовизмов, а синтаксис — употреблением сложных, развернутых предложений. Этот сборник венчает первый период творчества Б. Пастернака, определенный самим автором как «начальная пора» его поэтической деятельности.
В 1914 году Б. Пастернак знакомится с В. Маяковским, теплые отношения с которым, несмотря на порой возникавшие разногласия, сохранил на всю жизнь.
В. Маяковский оказал сильное влияние на творчество Б. Пастернака. В 1914—1916 годах написаны стихотворения, составившие второй сборник стихов — «Поверх барьеров» (1917), заглавием которого стали строки из стихотворения «Петербург»:
Попробуйте, лягте-ка
Под тучею серой,
Здесь скачут на практике
Поверх барьеров.
Своей новой книгой поэт стремился преодолеть все барьеры, раскрыть новое тематическое и образное содержание искусства слова, расширить жанровые возможности произведений, усложнить их синтаксическую и ритмическую организацию. В определенной мере автору это удалось. Новаторство Б. Пастернака проявляется в умышленном игнорировании самого популярного стихотворного размера — четырехстопного ямба, в написании каждого стихотворения в книге особым размером.
Взаимоотношения человека и природы становятся центральной темой книги «Поверх барьеров». Поэт внимательно присматривается к необъятным земным просторам и многоликим проявлениям природы — весне, зиме, солнцу, снегу, дождю, и все они предстают в стихах чудом бытия, воспетым благоговеющим перед ними художником. Природа у Б. Пастернака не знает деления на живую и неживую, она существует на равных с человеком («Зима», «Весна», «Счастье»).
Лирика Б. Пастернака. Широкая известность пришла к Б. Пастернаку после публикации в 1922 году книги «Сестра — моя жизнь», вышедшей с подзаголовком «Лето 1917 года» и посвящением М. Лермонтову, написанной, по высказыванию самого Б. Пастернака, «в промежутке между двумя революционными сроками» (февралем и октябрем 1917 года). Стимулом для создания сборника, с одной стороны, послужило бурное увлечение восемнадцатилетней Еленой Виноград, а с другой — высокий душевный подъем поэта, вызванный коренными историческими переменами в жизни России.
Книга воспринимается как целостное и законченное повествование об истории любви лирического героя: стихи воссоздают его чувства и эмоции в разные моменты взаимоотношения с возлюбленной и объединены в 9 циклов («Не время ль птицам петь», «Книга степи», «Развлеченья любимой», «Занятье философией», «Песни в письмах, чтобы не скучала», «Романовка», «Попытка душу разлучить», «Возвращение», «Послесловие»). Подобный принцип построения романа в стихах был характерен для символистов. Однако подтекст книги оказался намного шире изображения любви к женщине: это отражение жизни в ее проявлениях и возможностях.
Одним из центральных мотивов в книге становится показ обновленной природы при помощи образов-символов «гроза» и «дождь», после которых она и душа лирического героя возрождаются и очищаются («Плачущий сад», «Дождь. Надпись на “Книге степи”», «Ты в ветре, веткой пробующем...», «Весенний дождь», «Гроза, моментальная навек»). Вместе с окружающим миром герой плачет от радости, воспринимая собственное существование как дар божий, необъяснимых чудо, остро чувствуя красоту бытия, воспринимая природу как живое и мыслящее существо.
Поиску ответов на сложные вопросы человеческого бытия посвящен цикл книги «Занятье философией». Поэт стремится постичь тайны поэзии, души, жизни. Творчество для Б. Пастернака — это «Сон и совесть, и ночь, и любовь...», «И сады, и пруды, и ограды, / И кипящее белыми воплями / Мирозданье...», дар свыше, сконденсированный в человеческом сердце.
Поэзия для Б. Пастернака — это не конкретное перечисление процессов и этапов стихосложения, а нечто неуловимое, хрупкое, ассоциативные крупицы бытия, захваченные внезапным чувством и перенесенные на бумагу. Детали внешнего мира, определяющие поэзию, кажутся случайно скомпонованными, однако в своей совокупности они единственно возможные и незаменимые, связанные воедино непосредственным чувственным опытом поэта:
Это — круто налившийся свист,
Это — щелканье сдавленных льдинок,
Это — ночь, леденящая лист,
Это — двух соловьев поединок.
Стихотворение «Определение поэзии» (1917) требует от читателя неутомимой работы воображения и усилий, чтобы понять снятые логические связи между предметами: довольно трудно представить себе «сладкий заглохший горох», горошины в «лопатках» раскрытого стручка и перенестись по ассоциации к «слезам вселенной». Без названия стихотворения сложно было бы догадаться, о чем идет речь, ибо у Б. Пастернака ключ к разгадке отсутствует, и читателю самому нужно догадаться о смысле таинственного «это».
Яркая образность и исключительная метафоричность Б. Пастернака основывается на внимании к вещественной детали, реалиям окружающего мира. Многие стихотворения поэта начинаются с подробного перечисления, выходя в конце на глобальные проблемы мироустройства:
Кому ничто не мелко,
Кто погружен в отделку
Кленового листа
И с дней Экклезиаста
Не покидал поста
За теской алебастра?
Мастер — «всесильный бог деталей, всесильный бог любви», создающий мир, в котором каждая частица не случайна, а закономерна. Поэт реализует в своем творчестве принцип, согласно которому попавший в поле восприятия художника предмет как бы озаряется вспышкой, ведущей к открытию целого. Пример тому — строки стихотворения «Давай ронять слова...» (1917):
Ты спросишь, кто велит?
— Всесильный бог деталей, всесильный бог любви,
Ягайлов и Ядвиг.
Эпическое начало в творчестве Б. Пастернака. В 20-е годы Б. Пастернак посвящает себя и поэтическому творчеству, и прозе. Основу новой книги «Темы и вариации» (1923) составили стихотворения, не вошедшие в книгу «Сестра — моя жизнь».
Несмотря на то, что поэт принял Октябрьскую революцию, он не смирился с противоречием между ее идеалами и политикой отказа от культурного наследия прошлого, от нравственных традиций. Постепенно первое место в художественном миропонимании автора занимает судьба носителя культуры — человека-интеллигента. Поэт искренне стремится постичь правоту революции и полагает, что лирика должна уступить место эпосу, чтобы писатель смог стать более объективным при изображении исторических событий.
Поэма Б. Пастернака «Девятьсот пятый год» (1925— 1926) — это плод раздумий над революционными идеалами и способами их претворения в жизнь. В поэме картина первой русской революции показана через описание обстоятельств, пережитых им самим или полученных от очевидцев. Поэт хочет оправдать революционные события вызовом, который бросает окружающим униженная женщина (являясь олицетворением природы, она становится живым отражением революционной стихии).
Поэма Б. Пастернака «Лейтенант Шмидт» (1926—1927) по жанру является историко-революционной, основана на событиях революции 1905 года, когда лейтенант Шмидт добровольно возглавил заранее обреченное на неудачу восстание на крейсере «Очаков».
Ответом на вопрос, сможет ли ужиться художник с историей, стал роман в стихах «Спекторский» (1925—1930), герой которого — русский интеллигент, подобно Евгению Онегину ищущий смысл жизни, и, наконец, находящий его в частном, приватном существовании.
По словам Б. Пастернака, поэмы и часть стихотворений 1920—1930-х годов появились в результате «добровольной идеальной сделки со временем», призванной «связать то, что ославлено и осмеяно (и прирожденно дорого мне), с тем, что мне чуждо, для того, чтобы, поклоняясь своим догматам, современник был вынужден, того не замечая, принять и мои идеалы» (письмо К. Федину от 6 декабря 1928 года). В автобиографической повести «Охранная грамота» Б. Пастернак выступил против зрелищного понимания творчества, стараясь дать культуре «охранную грамоту» от посягательства власти.
1930-е годы стали самым трудным этапом в жизни поэта. Позицию Б. Пастернака этого периода неоднократно называли «легальной оппозицией» власти.
В 1931 году Б. Пастернак написал лирическое стихотворение «Любить иных — тяжелый крест...», адресованное Зинаиде Нейгауз, ставшей впоследствии его второй женой. Это стихотворение не только любовное, но и философское: смысл окружающего мира заключен в самом человеке, не надо стремиться к мистической разгадке, стоит только «проснуться и прозреть», научиться его видеть и бескорыстно любить. Для любящего человека не возникает вопроса о смысле жизни, он — в самой любви:
Легко проснуться и прозреть,
Словесный сор из сердца вытрясть
И жить, не засоряясь впредь,
Все это — не большая хитрость.
В 1931 году Б. Пастернак побывал на Челябинском тракторном заводе и был поражен «циклопическими замыслами эпохи». Его новая книга стихов была издана под названием «Второе рождение» (1932).
Переломным этапом не только для Б. Пастернака, но и для всей эпохи становится 1940 год, когда в Европе уже шла Вторая мировая война. Постепенно драма художника, переживающего в одиночку кошмар современности, сливается с общей трагедией народа.
Война застала поэта на подмосковной даче в Переделкино. Потом он находился в Москве и наконец оказался в Чистополе на Каме, куда был эвакуирован вместе с семьей. В первые дни войны писатель дежурил на крышах домов Москвы во время ночных бомбардировок, рыл блиндажи за городом и проходил курсы военного обучения. Б. Пастернак рвался на фронт. Летом 1943 года в составе писательской бригады он едет на места боевых сражений под Орел.
Военные и довоенные стихи Б. Пастернака вошли в его поэтический сборник «На ранних поездах» (1936—1944). Произведения, осуждающие величайшую трагедию всех времен — войну («Зима приближается», «Весна», «Ожившая фреска», «Победитель», «Смерть сапера», «Страшная сказка»), в совокупности представляют лирический цикл, в котором автор предстает перед читателями гуманистом и патриотом.
В стихах этого сборника поэт постепенно создает реалистический стиль, присущий ему вплоть до последних произведений, основанный на замене сложных синтаксических конструкций простыми предложениями, уменьшении количества метафор. Внешняя простота позволяет затрагивать философские проблемы и передавать размышления поэта о мироустройстве, как в стихотворении «На ранних поездах»:
Сквозь прошлого перипетии
И годы войн и нищеты
Я молча узнавал России
Неповторимые черты.
В послевоенные годы Б. Пастернак самоотверженно, напряженно и сосредоточенно трудится: пишет стихотворения, прозу, много переводит (стихи грузинских поэтов, драмы Шекспира, «Фауст» Гете), на протяжении десяти послевоенных лет работает над романом «Доктор Живаго» (1946—1955).
В 1956 году готовится к печати том стихотворений Б. Пастернака. Для него (так и не вышедшего в свет) автор пишет автобиографический очерк «Люди и положения». Лирический цикл «Когда разгуляется» (1956—1959), завершающий поэтический путь Б. Пастернака, состоит из 44 стихотворений. Написание книги было связано с драматическими событиями в жизни Б. Пастернака: неудачной попыткой публикации романа «Доктор Живаго» в СССР и изданием его за границей, присуждением Нобелевской премии и возникшей в связи с этим травлей поэта.
Лирический цикл «Когда разгуляется» воспринимается как повествование поэта о философии бытия. Основу его составляют размышления о времени, правде, жизни и смерти, природе искусства и тайне его рождения, о чуде человеческого существования, о любви. Поэт счастлив, ибо ему кажется, что он понял и постиг основы мироздания.
Зазимки и снегопады, вьюга, мороз, стужа, лес и земля, небосвод и воздух, весенние ручьи и зимние сугробы, день и ночь, времена года, будущее, вечность и время стали полноправными персонажами в лирическом цикле Б. Пастернака («Весна в лесу», «Стога», «Липовая аллея», «Осенний лес», «Заморозки», «Трава и камни», «Ночь» и многие другие). Таинство человеческой жизни можно познать, считает автор, лишь соприкоснувшись со всем сущим, проследив множество аналогий и связей в жизни людей и бытии мира.
Открывается лирический цикл стихотворением «Во всем мне хочется дойти...» (1956) и эпиграфом из произведения Марселя Пруста: «Книга — это большое кладбище, где на многих плитах уж не прочесть стершиеся имена», подтверждающим философскую направленность цикла. Лирический герой стремится познать бытие и через разумение вселенского мироустройства прийти к постижению природы самого человека:
Во всем мне хочется дойти
До самой сути.
В работе в поисках пути,
В сердечной смуте.
До сущности протекших дней,
До их причины,
До оснований, до корней,
До сердцевины.
Б. Пастернак оценивает свою жизнь как постоянный поиск сущности бытия и ответов на поставленные вопросы.
Поэт стремится найти единственно правильную нить, которая, подобно нити Ариадны и нити в русских сказах и былинах, вывела бы его к заветной цели разумения устройства Вселенной.
Символичны последние строки стихотворения, в которых образ тетивы лука означает эволюцию лирики: от лука с тетивой по древнегреческой легенде произошел музыкальный инструмент лира, благодаря которой, она и появилась. Образ-символ натянутой тетивы в стихотворении заключает в себе стремление художника к активной деятельности, готовность к постоянному, мучительному труду по возрождению чувства прекрасного в людских сердцах.
Второе стихотворение цикла «Быть знаменитым некрасиво...» (1956) было написано раньше остальных и имеет выразительную библейскую основу — это притча о предназначении человека, о вечных и временных ценностях. Цель творчества — дарить себя людям, отдавать им без остатка все свои эмоции и чувства, самоотверженно служить человеку и вечности, подобно Христу, без лишней шумихи и пустозвонства:
Цель творчества — самоотдача,
А не шумиха, не успех.
Позорно, ничего не знача,
Быть притчей на глазах у всех.
Стихотворение «Снег идет» (1957) композиционно состоит из двух частей: пейзажной зарисовки падающего снега и философского размышления о смысле жизни, ее быстротечности: Б. Пастернак, как никто другой, чувствовал время и пространство, называя художника «вечности заложником у времени в плену».
У художника слова Б. Пастернака снег, пешеход и время становятся частью одной картины, в которой в общем движении участвует все: и цветы герани, и лестница, и улица, и небо, и сама жизнь, и творчество: «Может быть, за годом год / Следуют, как снег идет. / Или как слова в поэме?».
Поэт в цикле стихотворений целенаправленно подводит читателя к мысли о необходимости «христианизации» нового государства, замене революционного преобразования жизни идеей постепенного мирного ее обновления на основе евангельской морали. В стихотворениях Б. Пастернака на эту тему проходит сквозная идея о духовном возвышении человека через страдание. Поэт считает, что талантливая творческая личность не подчеркивает свою исключительность, а отказывается от привилегий, чтобы сознательно разделить участь большинства. Этой идеей поэт полностью отвергает символистскую концепцию о сверхчеловеке.
Простота стиля, отсутствие сложных синтаксических конструкций и многочисленных метафор — такой принцип письма свойственен большинству стихотворений из книги «Когда разгуляется» («Нельзя к концу не впасть, как в ересь, / В неслыханную простоту»).
Роман «Доктор Живаго». На волне эмоционального подъема, связанного с героической самоотверженностью народа во время Великой Отечественной войны, Б. Пастернак пишет главный труд своей жизни — роман «Доктор Живаго» (1947—1955). В основу романа писатель положил понимание жизни как жертвы: «...эта вещь будет выражением моих взглядов на искусство, на Евангелие, на жизнь человека в истории и на многое другое».
Роман охватывает события, происходившие в России на протяжении полувека, а действие в эпилоге происходит в годы Великой Отечественной войны. Приоритетным для Б. Пастернака являлся показ духовных поисков и эволюции мироощущения не только интеллигенции, но и представителей различных социальных слоев в переломные моменты российской истории. Центральной проблемой романа становится проблема незащищенности свободолюбивой творческой личности, утверждающей, а не разрушающей жизнь.
В Советском Союзе опубликовать роман оказалось невозможным ввиду непризнания Б. Пастернаком позитивной роли Октябрьской революции и участия в ней интеллигенции. В 1957 году роман «Доктор Живаго» вышел в Италии, а в 1958 году Б. Пастернаку была присуждена Нобелевская премия. Реакция властей не заставила себя ждать: автор романа был исключен из Союза советских писателей и подвергся жестокой травле, роман называли «злобным пасквилем на советский народ, на его традиции, на его революционный дух»; былые достижения и личность писателя открыто игнорировались и поносились. Потрясенный реакцией соотечественников, Б. Пастернак послал в Швецию телеграмму: «Ввиду того значения, которое прибрела присужденная мне награда в обществе, к которому я принадлежу, я вынужден от нее отказаться. Не примите в обиду мой добровольный отказ».
Жанровой особенностью «Доктора Живаго» стало сочетание прозы и стихов, эпоса и лирики. В прозаических частях Б. Пастернак воссоздает трагическую судьбу российской интеллигенции после революции, а в лирическом цикле «Стихотворения Юрия Живаго» показано становление миропонимания главного героя — от «выхода на подмостки» жизни («Гамлет») и юношеского восхищения и преклонения перед ее чудом («Март») до формирования христианской морали.
Стихотворения Юрия Живаго. Завершает роман цикл из двадцати пяти «стихотворений Юрия Живаго», составляющий семнадцатую часть второй книги и имеющий противоречивый статус в композиции произведения. Шестнадцатая глава названа эпилогом, в ней заканчивается прозаическое действие романа, а стихотворный цикл следует за ней, но не является приложением, поскольку назван частью и имеет соответствующий порядковый номер. Таким образом, автор указывает на относительную самостоятельность стихотворного сюжета, развивающегося вслед за прозаическим. Юрий Живаго в конце своего жизненного пути остается самим собой, и за это ему и дается возможность прожить идеальную судьбу в биографии духовной, воплощением которой становится тетрадь его стихотворений. Именно она завершает роман. «Это будет поэзия, представляющая нечто среднее между Блоком, Маяковским, Есениным и мною, не смешанное, не синтезированное: меня, немного успокоенного и объективированного», — писал Б. Пастернак.
Весь поэтический цикл посвящен раскрытию вечного мотива противостояния добра и зла, света и тьмы, жизни и смерти. Евангельская коллизия смертельного выбора и крестного пути героя стала для Б. Пастернака универсальным образцом поведения человека, что подтверждается начальным стихотворением цикла «Гамлет» (1946): «Я люблю твой замысел упрямый / И играть согласен эту роль».
Стихотворение «Гамлет», по словам исследователя творчества Б. Пастернака В. Баевского, имеет несколько подтекстов: в нем может идти речь о герое Шекспира принце Датском, вступившим в единоборство с мировым злом и погибающим в этой борьбе; и о гениальном актере, играющем роль Гамлета в театре; об Иисусе Христе, пришедшем на землю, чтобы пройти путь страданий и искупить все грехи человечества; и о герое романа Юрии Живаго; и об авторе романа Б. Пастернаке. Поэтому все строфы стихотворения воспринимаются не только в прямом, но и в символическом, подтекстовом значении. Первая строфа («Гул затих. Я вышел на подмостки») — не только слова актера, но и слова Гамлета, считавшего, как и сам Шекспир, что мир — это театр, а люди в нем — актеры. Следующая строфа имеет более обобщенное значение, она отражает мировосприятие и актера, глубоко вжившегося в роль и постигнувшего трагедию своего персонажа, и Гамлета, размышляющего о своем предназначении, и Живаго, стремящегося постичь смысл революционных событий, и Б. Пастернака — прототипа и создателя образа лирического героя:
Прислонясь к дверному косяку,
Я ловлю в далеком отголоске,
Что случится на моем веку.
Все они готовы нести свой крест, идти на самопожертвование во имя высшей истины. Для Б. Пастернака и его героя, с точки зрения христианского миропонимания, смерть — это не конец, это жизнь, принесенная в жертву. Поэтому для разумения бытия как чуда необходима Голгофа: «Жизнь прожить — не поле перейти».
Цикл стихотворений Юрия Живаго образно и тематически объединяют три вечные категории: христианство, любовь, природа.
Библейские мотивы положены в основу стихотворений «Рождественская звезда» (1947), «Рассвет», «Чудо», «Гефси- манский сад». Это своеобразный нравственно-философский цикл о самоотверженной жизни, деяниях и смерти Христа. В первом стихотворении повествуется о рождении Иисуса Христа и поклонении ему волхвов, ведомых Рождественской звездой («Она возвышалась горящей скирдой / Соломы и сена / Средь целой вселенной, / Встревоженной этою новой звездой»). Поэт преднамеренно подчеркивает, что не в царском дворе, не в пышных чертогах, даже не в простом доме родился Спаситель: «Стояла зима. / Дул ветер из степи. / И холодно было младенцу в вертепе / На склоне холма».
Стихотворение «Гефсиманский сад» завершает цикл и замыкает кольцо жизни Христа, изображая ночь великого четверга после тайной вечери и арест Иисуса, повествует о «месте испытания духа и небывалой, самоотверженной жертве» Христа, который во имя любви к людям пошел на Голгофу: «Я в добровольных муках в гроб сойду». Стихотворения Юрия Живаго библейской тематики характеризуются широкими авторскими параллелями и стремлением в настоящем увидеть драматические черты далекой эпохи и наоборот. Б. Пастернак, повествуя о муках Христа, исповедуется и сам. Переживания Сына Божьего полностью соответствуют терзаниям души лирического героя.
В стихотворениях Юрия Живаго отмечается полярное противостояние образа ночи как символа мирового зла («ночная мгла» в стихотворении «На Страстной», «сумрак ночи» в «Гамлете», «морозная ночь» в «Рождественской звезде», «зимняя ночь» в одноименном стихотворении, «ночная даль» в «Гефсиманском саду») и образа света, которым наполнены сердца и души тех, кто верит Христу («Свеча на столе» в «Зимней ночи», «свечек ряд» в стихотворении «На Страстной», «пламя звезды» в «Рождественской звезде»). Этот цикл стихотворений знаменует появление новой — нравственно-религиозной — жанровой разновидности лирики в творчестве Б. Пастернака 50—60-х годов ХХ века.
Своим последним стихотворением «Единственные дни» (1959) Б. Пастернак подчеркивает нравственную доминанту творчества, потребность объединять людей на основе христианской морали и любви. Именно поэтому Ю. Тынянов определил Б. Пастернака как поэта, свободно общающегося с целым мирозданием. Поэт сам творит мир и вечность, отстаивает библейские истины, христианские святыни:
И полусонным стрелкам лень
Ворочаться на циферблате,
И дольше века длится день,
И не кончается объятье.
Весной 1960 года Б. Пастернак тяжело заболел. Находясь в постели, слабеющей рукой он продолжает писать ранее задуманную пьесу «Слепая красавица» о временах крепостного права. 30 мая 1960 года жизнь писателя оборвалась. Хоронили Б. Пастернака ярким весенним днем, когда буйно цвела его любимая сирень, а ночью хлынул дождь с грозой и молниями, которые так зачаровывали поэта при жизни.
Образный мир Б. Пастернака представляет собой целостную систему, в которой тем не менее выделяются доминантные компоненты: тропы (сравнения, эпитеты, метафоры, символы и т. д.), поэтический синтаксис, стихотворный размер и т. д. Они словно опоры высоковольтной линии: все основы художественного творчества «держатся» на них, в них концентрируются и преломляются.
Поэзия Б. Пастернака одновременно живописна и музыкальна, автор не только создает запоминающиеся образы, проводит многочисленные аналогии, но и благодаря фонике передает звуки окружающего мира. Свежая, яркая образность и метафоричность поэтического видения мира подчеркивают единство лирического героя и природы.
На подобных принципах построено стихотворение «После дождя», в котором взаимосвязанные зрительные и звуковые образы передают два временных промежутка: состояние природы до дождя — «тогда» и после дождя — «теперь». Противопоставляя временные отрезки, поэт создает живописную картину природы, в которой происходит постоянная смена состояний — от бури до умиротворенного покоя: «За окнами давка, толпится листва, / И палое небо с дорог не подобрано. / Все стихло. Но что это было сперва! / Теперь разговор уж не тот и по-доброму». Если процитированный отрывок рисует зрительную, образную картину затишья, то следующий — еще и музыкальную, при помощи метафор и аллитерации. Фонетическая инструментовка (повтор звуков «р» и «п»), не нарушающая естественную интонацию стихотворения, передает звуки ненастья (шум дождя, стук капель и града): «Сначала все опрометью, вразноряд / Ввалилось в ограду деревья развенчивать».
Вопросы и задания
1. Чем обусловлен трагизм судьбы писателя? Отразился ли он в художественном творчестве поэта?
2. Какие общечеловеческие ценности утверждает Б. Пастернак в своей лирике? Подтвердите свой ответ цитатами.
3. Какова основная мысль стихотворения «Определение поэзии»? Использует ли в нем автор ассоциативные образы, тропы?
4. В чем заключается своеобразие поэтического цикла «Стихотворения Юрия Живаго»?
5. Определите этапы творческого пути поэта, связанные с выходом его сборников. Проследите их эволюцию.
6. Охарактеризуйте роль интонации, музыкального начала и синтаксиса в стихотворениях Б. Пастернака.
7. Обоснуйте тезис о связи творчества поэта с христианскими традициями.
8. Напишите сочинение на одну из тем: «Основные мотивы лирики Б. Пастернака», «Тема поэта и поэзии в творчестве Б. Пастернака».