Михаил Николаевич Загоскин (1789—1852) — прозаик и драматург, сын пензенского помещика; участник войны 1812 г. и заграничного похода русской армии. Служил в дирекции императорских театров, пользовался поддержкой драматурга А.А. Шаховского, в литературе разделял взгляды «дружины славян» А. С. Шишкова. Создал комедии «Проказник» (1815), «Комедия против комедии, или Урок волокитам» (1815, нацелена на защиту от карамзинистов комедии Шаховского «Липецкие воды»), «Богатонов, или Провинциал в столице» (1817), «Вечеринка ученых» (1817), «Роман на большой дороге» (1819), «Добрый малый» (1820) и др. Некоторые свои пьесы написал стихами.
Прославился как автор исторического романа «Юрий Милославский, или Русские в 1612 году» (1829), за которым последовали романы «Рославлев, или Русские в 1812 году» (1831 ), «Аскольдова могила» (1833, стал основой либретто одноименной оперы А.Н. Верстовского), «Кузьма Рощин» (1836), «Искуситель» (1838), «Тоска по родине» (1839), «Кузьма Петрович Мирошев, русская быль времен Екатерины II» (1842), «Брынский лес» (1846), «Русские в начале XVIII столетия» (1848) и других произведений — в том числе четырех выпусков краеведческих очерков «Москва и Москвичи» (1842-1850).
«Юрий Милославский» принес автору славу, был переведен на ряд языков и, между прочим, нравился Вальтеру Скотту. Пушкин писал о нем в статье «Юрий Милославский, или Русские в 1612 году» (впервые опубликована в «Литературной газете»): «Добрый наш народ, бояре, козаки, монахи, буйные шиши — все это угадано, все это действует, чувствует как должно было действовать, чувствовать в смутные времена Минина и Авраамия Палицына. Как живы, как занимательны сцены старинной русской жизни! сколько истины и добродушной веселости в изображении характеров Кирши, Алексея Бурнаша, Федьки Хомяка, пана Копычинского, батьки Еремея!»1
1 Относительно упомянутых Пушкиным «шишей» сам Загоскин разъясняет в одном из примечаний к роману: «Так прозвали поляки буйные толпы не подчиненных никакому порядку русских партизанов, или охотников, которых можно уподобить испанским гверилласам».
В разгар метели боярин Юрий Милославский и его слуга Алексей спасают на подмосковной дороге полузамерзшего запорожца Киршу, который станет с этого момента их верным союзником.
Драматизм судьбы Юрия состоит в том, что он присягнул в Москве польскому королевичу Владиславу, поскольку тот «обещал сохранить землю русскую в прежней ее славе и могуществе». Как результат, его длительное время раздирают внутренние противоречия (вообще-то тема этой роковой присяги в романе изрядно раздута и неоднократно выглядит надуманной). Про поляков Милославский говорит: «Придет время, вспомнят и они, что в их жилах течет кровь наших предков славян; быть может, внуки наши обнимут поляков, как родных братьев, и два сильнейшие поколения древних владык всего севера сольются в один великий и непобедимый народ!» Впрочем, даже собственный слуга Алексей отказывается понимать такие рассуждения и надежды: «Не прогневайся, боярин, ты, живя с этими ляхами, чересчур мудрен стал и говоришь так красно, что я ни словечка не понимаю. Но, воля твоя, что будет вперед, то Бог весть; а теперь куда бы хорошо, если б эти незваные гости убрались восвояси».
Милославский, переживая в дороге ряд приключений, едет в Нижний Новгород с незавидной миссией попытаться склонить новгородцев тоже присягнуть Владиславу. Как следствие присяги польскому королевичу, ему некоторое время поневоле приходится быть в одной компании с откровенными предателями и ненавистниками Отечества боярином Кручиной-Шалонским и нижегородским боярином Истомой-Турениным. Последний не без цинизма говорит Юрию: «Все нижегородские жители чтят память бывшего своего воеводы, а твоего покойного родителя; может статься, пример твой на них и подействует».
Однако в Нижнем Юрий Милославский слышит знаменитую речь Минина и беседует с ним лично:
«— Боярин! — продолжал Минин, — если бы ты не целовал креста Владиславу, если б сегодня молился вместе с нами на городской площади, если б ты был гражданином нижегородским, что бы сделал ты тогда?
Отвечай, Юрий Дмитрии!
— Что сделал бы я? — сказал Юрий, устремив сверкающий взор на Минина. — Что сделал бы я?.. Положил бы мою голову за святую Русь!»
Затем Юрий обращается к нижегородцам с неожиданным патриотическим призывом:
«Спешите, храбрые нижегородцы! спешите водрузить хоругвь спасителя на поруганных стенах священного Кремля! Вы свободны, вы не присягали иноплеменнику. А я... я добровольно поклялся быть верным Владиславу; я не могу умереть вместе с вами! Но если не оружием, то молитвами буду участвовать в святом и великом деле вашем. Так, граждане нижегородские! Я удалюсь в обитель преподобного Сергия; там, облеченный в одежду инока, при гробе угодника Божия стану молиться день и ночь, да поможет вам господь спасти от гибели царство Русское».
Загоскин охотно пишет для своих героев подобные выспренние романтические монологи и диалоги. Однако как профессиональный драматург он не только обильно, но и умело насыщает романы прямой речью героев. Поляки, бояре, казаки, различные представители простого народа говорят в его романе живо и разнообразно. Этими чертами проза Загоскина вообще отличается от произведений ряда современников, страдавших излишней описательностью, а также книжностью диалогов и монологов.
Изменнически напав на Юрия и Алексея, подручные предателей похищают Милославского, но верный Кирша освобождает его. Затем Милославский женится на прекрасной Анастасии, дочери Кручины- Шалонского, назначенной отцом в невесты пану Гонсевскому. Ситуация женитьбы весьма замысловата: девушку захватили разбойники, которые намерены были предать ее казни как невесту врага. Однако их предводителем оказался священник отец Еремей, который предпочел спасти ее, обвенчав с русским князем.
Старец Авраамий Палицын разрешает князя Милославского и от «богопротивной присяги», и от иноческого обета.
В эпилоге романа сын Анастасии и Юрия Владимир и его старый Слуга Алексей встречаются с постаревшим Киршей. Затем старики стоят В Троицком монастыре у могилы князя и княгини, умерших вместе в один день «лета 7130-го».
Роман «Рославлев, или Русские в 1812 году» написан реальным участником изображаемой в нем войны с Наполеоном. Это усиливает произведение, неоднократно придавая ему событийную конкретность. С другой стороны, такие грандиозные события, как Отечественная война 1812 г., лучше видятся с определенной исторической дистанции (пример тому — «Война и мир» Л.Н. Толстого).
М.Н. Загоскин, уже в «Юрии Милославском» показавший себя мастером замысловатых извивов сюжета, поставил в центр повествования о войне с Наполеоном довольно запутанную историю любви офицера Владимира Рославлева к Полине Лидиной. Будучи его невестой, Полина втайне любит французского полковника Сеникура, с которым познакомилась в Париже. Этого полковника в разгар военных действий берет в плен друг Рославлева Александр Зарецкой, спасая его от русских солдат, а Владимир на беду свою решает отправить раненого пленного лечиться в деревню Лидиных — тем более что он, оказывается, их знакомый по Парижу. Вскоре, будучи ранен, Рославлев получает возможность отлучиться к невесте. Он застает ее в деревенской церкви уже венчающейся с полковником Сеникуром. От потрясения раненый Владимир лишается чувств на пороге храма. Когда русская армия оставляла Москву, пребывавшего без памяти в горячке Рославлева спрятал добрый купец Сезёмов.
Александр Зарецкой, переодетый французским офицером, вернулся в захваченную Москву, чтобы вывезти своего раненого друга Рославлева. Его глазам предстали картины пожаров и повального мародерства захватчиков: «Обломки столов и стульев, изорванные картины, разбитые зеркала, фарфор, пустые бутылки, бочки и мертвые лошади покрывали мостовую. Все это вместе представляло такую отвратительную картину беспорядка и разрушения, что Зарецкой едва мог удержаться от восклицания: «Злодеи! что сделали вы с несчастной Москвою!» Будучи воспитан, как и большая часть наших молодых людей, под присмотром французского гувернера, Зарецкой не мог назваться набожным; но, несмотря на это, его русское сердце облилось кровью, когда он увидел, что почти во всех церквах стояли лошади; что стойла их были сколочены из икон, обезображенных, изрубленных и покрытых грязью. Но как описать его негодование, когда, проезжая мимо одной церкви, он прочел на ней надпись: «Конюшня генерала Гильемино»».
С помощью мужа Полины полковника Сеникура, обязанного ему своим спасением, Александр вывез Владимира из города.
Затем, уже во время зарубежного похода, в Данциге Рославлев находит умирающую Полину. Оказывается, ее муж давно погиб, а рожденный ею ребенок умер от голода. Французы считают ее не вдовой полковника, а его русской любовницей. Еще позже французский офицер Шамбюр передает Владимиру последнее письмо бывшей невесты, в котором она просит его жениться на своей младшей сестре Оленьке, давно и тайно в него влюбленной.
Рославлев женился на Оленьке, а локон, вложенный в письмо, захоронил в своем имении под белым памятником из мрамора1.
Роман «Искуситель» — одно из наиболее характерных мистикофантастических произведений русских писателей-романтиков2. В нем появляется небезызвестный граф Калиостро, передающий магистру Дерптского университета Нейгофу некое «наследство», обладание которым старит того не по дням, а по часам, а под конец сводит с ума. Дьявол в образе «барона Брокена» с восхищением расписывает главному герою-рассказчику, другу Негофа Александру, кровавые перипетии французской революции и пытается сбивать его с пути истинного. Однако барона Брокена отгоняет от героя праведник отставной полковник Яков Сергеевич Луцкий.
1 Роман М.Н. Загоскина даже вдохновил А.С. Пушкина на написание своего «Рославлева» (не закончен). Рассказчицей выступает подруга Полины, которая сообщает иную версию событий и доводит изложение их до начала пожара Москвы. Мотив замужества Полины за Сеникуром в этом пушкинском фрагменте отсутствует.
Г.А. Гуковский в заметке «Об источнике “Рославлева”» привел любопытную статью из «Сына Отечества» за 1813 г., автор которой констатировал, что есть жизненные примеры нравственно недопустимого флирта русских дам с пленными французами и даже выхода за них замуж русских девиц, восклицая в заключение:
«И после содеяния нынешними пленными в отечестве нашем неслыханных святотатств и насилий русския благородные девицы не постыдятся вступить в супружество с участниками сих злодейств! О горе! О вечный стыд и срам!» Цит по: Гуковский Г.Л. Об источнике «Рославлева» // Пушкин: Временник Пушкинской комиссии / АН СССР. Ин-т литературы. М.; Л., 1939. [Вып.]4/5. С. 478.
2 В некоторых деталях «Искуситель», а также цикл рассказов Загоскина «Вечер на Хопре» заметно пересекаются с романом М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита» — впрочем, такие детали подвергнуты Булгаковым глубокой творческой переработке.
Мистические мотивы окутывают и рассказы Загоскина из цикла «Вечер на Хопре», куда входят произведения «Пан Твардовский», «Белое привидение», «Нежданные гости», «Концерт бесов», «Две невестки», «Ночной поезд».
М.Н. Загоскин — писатель, творчество которого ныне не только не забыто, а, напротив, все более привлекает современных читателей.