Иван Иванович Лажечников (1792-1869) — прозаик, драматург, поэт, мемуарист; из коломенской купеческой семьи, участник Отечественной войны 1812 г. и заграничного похода русской армии. Издал напитанные духом карамзинизма «Первые опыты в прозе и стихах» (1817), а также «Походные записки русского офицера» (1820). Автор исторических романов «Последний Новик» (1831 — 1833), «Ледяной дом» (1835), «Басурман» (1838) и др.; пьес «Опричник» (1842), «Горбун» (1858) и др.
«Последний Новик» обращен ко временам Петра I. Это произведение отличается редкостной широкоохватностью. Автор явно хотел нарисовать панораму эпохи и ввел в роман массу персонажей, среди которых цари, короли, военные деятели, протестантские пасторы, русские старообрядцы, простые солдаты, жители городов и крестьяне и т. д.; русские, шведы, немцы и прибалты. В то же время он как писатель-романтик дал полную свободу своему авторскому вымыслу. Реальные исторические деятели выступают рука об руку с вымышленными, а причины и следствия рисуемых подлинных событий неоднократно объясняются вмешательством в них таких вымышленных героев (несколько позже во Франции аналогичными придуманными мотивировками событий станет известен А. Дюма). Вымышленной фигурой является и главный герой романа Владимир Новик, тайный сын царевны Софьи, преследуемый Петром «государственный преступник», покушавшийся на его жизнь, а в конце романа, по выражению Екатерины 1, «благодетель России». Слог первого романа Лажечникова ярок, но романтически переполнен цветистыми перифразами.
1 Цит. по: Булгарин Ф.В. Записки. Ч. 3. СПб., 1846-1849.
«Ледяной дом» посвящен последнему периоду правления императрицы Анны Иоанновны, которая доживает век в Зимнем дворце, окруженная шутами, «карлами» и гадалками. В стране свирепствует временщик Бирон, жуткий полицейский произвол напоминает времена опричнины при Иване Грозном. Малороссиянин Горденко, намеревавшийся подать жалобу на притеснения временщика, был по его приказу заживо заморожен. Против бироновщины готовятся выступить кабинет-министр Артемий Волынский и несколько русских аристократов, его единомышленников. На беду свою семейный Волынский страстно увлечен «гоф-девицей» императрицы Анны Мариорицей, молдаванской княжной (на самом же деле, как постепенно выясняется, дочерью цыганки).
Писательский слог Лажечникова во втором романе избавился от «романтических излишеств», его речевая образность четка по смыслу и лаконична. Вот каким предстает в его словесном описании Петербург зимы 1739—1740 гг.: «Множество пустырей; домы, будто госпитальные жители, выглядывающие в белых колпаках и в белых халатах и ставшие один от другого в стрелковой дистанции, точно после пожара; улицы только именем и заборами, их означающими; каналы с деревянными срубами и перилами, снежные бугры, безлюдство, бироновские ужасы: незавидная картина!»
Это уже напоминает язык сжатой по форме и одновременно семантически насыщенной пушкинской прозы.
Желая порадовать императрицу, Волынский организовал напротив царского дворца строительство сказочного ледяного дома, в котором предполагается сыграть свадьбу шута и карлицы. Благодаря этому он вошел в милость у царицы, которая предлагает развести его с женой и женить на Мариорице. Однако Волынский отказывается разрушить семью, вызывая гнев капризной Анны. Ситуация еще более запутывается, когда Мариорица оказалась отравленной по тайному приказу Бирона (арестовывают однако Волынского). Политические интриги переплелись с житейскими, разобраться в их путанице трудно. Поставленная перед альтернативой: казнить своего любимца Бирона или Волынского с людьми его партии, императрица выбирает второе. Патриоты мужественно принимают казнь. Что до ледяного дома, постепенно обретшего в сюжетном развитии романа черты емкого символа, то он рухнул — как рухнет вскоре, после смерти Анны, созданный Бироном уклад.
Такова в самых общих чертах событийная канва произведения, которая весьма сложно соотнесена с реальными историческими событиями и ситуациями. Созданный писателем образ того же Волынского отличает большая художественная сила (как и аналогичный образ в луме К.Ф. Рылеева «Волынский»). Однако реальный Волынский отнюдь не был русским рыцарем «без страха и упрека». Весьма субъективен и порою несправедлив Лажечников в отношении некоторых других реальных деятелей времен Анны Иоанновны. Замечательный поэт и филолог В. К. Тредиаковский изображен в романе откровенно издевательски. Он превращен в карикатуру — причем молодой Тредиаковский расхаживает по Петербургу, в соответствии с сюжетом романа, с пухлой рукописью поэмы «Телемахида» (на самом деле написанной им лишь в старости, много лет спустя). Это его произведение также всячески осмеивается автором «Ледяного дома».
А.С. Пушкин счел необходимым написать И.И. Лажечникову 3 ноября 1835 г.: «За Василия Тредьяковского, признаюсь, я готов с вами поспорить. Вы оскорбляете человека, достойного во многих отношениях уважения и благодарности нашей. В деле же Волынского играет он лицо мученика. Его донесение Академии трогательно чрезвычайно. Нельзя его читать без негодования на его мучителя» (Тредиаковский потехи ради был зверски избит Волынским).
В центре романа «Басурман» трагическая судьба врача Антона Эренштейна, приехавшего служить Руси в эпоху царя Ивана 111. О нем, давным давно казненном, в прологе рассказывает внуку царя Дмитрию, посаженному крутым дедом в тюремный застенок, знаменитый купец Афанасий Никитин, называя Антона «басурманом». Затем повествование возвращается в далекое прошлое. В этом прошлом ведомый желанием служить человечеству Антон приезжает в Москву, приглашенный строящим в ней чудесные храмы зодчим Аристотелем Фиоравенти.
Антона поселили в доме воеводы Симского, сын которого Иван Хабар подружился с «немцем», а дочь, прекрасная Анастасия, влюбилась в него. Он готов принять православие, а воевода-отец согласен выдать за него дочь. Однако далее развертывается цепь неожиданных трагических событий. Антон берется вылечить разбитого конем татарского царевича Каракачу. Тот идет на поправку, однако интригующие бояре заменяют склянку с питьем, назначенным лекарем больному, на яд. После смерти Каракачи разъяренные татары требуют выдать им Антона и режут его под мостом, «как овцу». Страдающая невеста Анастасия после этого наложила на себя руки.
И.И. Лажечников имел «жестокий талант»: в монастыре кончает свои дни Последний Новик, на плахе умирает Волынский, под татарским ножом смертью мученика гибнет «басурман» Антон. Однако, по большому счету, трагические финалы его романов более точно соответствуют характеру изображаемых эпох, чем какой-нибудь «хэппи энд». Исторические романы Лажечникова сегодня по-прежнему востребованы читателем. Это свидетельствует о том, что в них автором достигнута та художественная правда, которая есть необходимое условие творчества настоящего писателя.