Николай Филиппович Павлов (1805—1864) — прозаик, поэт; сын вольноотпущенника, закончил Московский университет, был мужем поэтессы Каролины Павловой. Автор книги «Три повести» (1835), включавшей повести «Именины», «Аукцион» и «Ятаган». В 1839 г. вышли «Новые повести» Павлова: «Маскарад», «Демон» и «Миллион». «Четыре письма к Н.В. Гоголю» (1847) близки по характеру развиваемых идей к «Письму к Гоголю» В.Г Белинского.
Основное повествование в «Именинах» имитирует рукопись некоего N. В ней описана его случайная встреча с израненным в сражениях офицером, который в момент откровенности рассказал N о своей молодости. Он был талантливым музыкантом и служил учителем в доброй помещичьей семье. Дочка хозяев Александрина влюбилась в него. Однако герой был крепостным человеком, и хозяин как раз проиграл всю деревню, к которой он был приписан. Герой бежал, и был, как беспаспортный, отдан в солдаты, сумев затем личным героизмом из рядового арестантских рот пробиться в штаб-ротмистры.
Финал истории трагичен: рассказчик зазвал понравившегося ему офицера в свое поместье как раз в день именин жены. Когда она спустилась к гостям, офицер узнал в ней Александрину. Результатом стала дуэль, на которой N убил офицера.
Повесть «Аукцион» даже в ряду отличавшейся лаконизмом прозы пушкинского времени бьет рекорды краткости: это история из жизни высшего света, суть которой в том, что герой по-светски унижает неверную возлюбленную, а она затем по-светски демонстрирует ему, как мало он ее задел. Основная часть этой истории комически обрамляется репликами князя, мужа героини: «А на аукцион» — «А я с аукциона».
Время действия повести «Ятаган» автор очерчивает так: «Это случилось в те недавние годы, как женские лифы были короче и как военные, кроме армейских пехотных офицеров, торжествовали на всех сценах: от паркета вельможи до избы станционного смотрителя. Мундир брал в полон балы и не дожидался лошадей. Для мундира родители сажали сына за математику и хлопотали с дочерью; для мундира лелеяла девица богом данную ей красоту; для мундира юноша собирался жить»1.
1 Сходным образом начинается написанная многим позже «Ятагана» повесть молодого Л.Н. Толстого «Два гусара» (1856).
О тех же «недавних годах» моды на «мундир», на военную профессию упоминается в монологе Чацкого «А судьи кто?..» из комедии «Горе от ума» А.С. Грибоедова. Это первые годы после возвращения русской армии из заграничного похода 1813—1814 гг.
В день рождения мать вручила сыну, только что произведенному в корнеты, кинжал, отнятый в бою у турецкого паши прапрадедом, — по примете взяв с сына грош, чтобы это не было подарком («кинжалами не дарят»). Кинжал (турецкий ятаган) — ключевой для сюжета повести предмет, и автор специально задерживает на нем внимание:
«Ножны кинжала, покрытые облинялым бархатом, были перехвачены в двух местах золотыми бляхами. У слоновой рукоятки, раздвоенной сверху, обложенной дорогими камнями неискусной грани, осыпанной жемчугом, недоставало нескольких украшений: камни повыпадали, жемчуг затерся, но на прихотливом оружии все еще уцелело клеймо роскоши и азиатской красоты».
Достоинства этого кинжала обсуждает в княжеском имении компания, в которой трое мужчин влюблены в красавицу княжну, а она все более явно интересуется юным корнетом. Остальные двое — адъютант и полковник — каждый на свой лад скрывают ревность. Потом происходит дуэль корнета с адъютантом, за убийство на которой юный обладатель ятагана оказывается разжалован в солдаты: больше «не было ни корнета, ни адъютанта». Бывший корнет Бронин попадает в подчинение к другому своему сопернику — полковнику.
Офицерская среда того времени с сочувствием относилась к разжалованным; их положение старались максимально облегчить и помогали при первой возможности вернуть эполеты. Полковник встретил бывшего корнета со словами:
«— Здравствуйте! Мы с вашей матушкой ждали вас давно. Мне очень жалко, что с вами так случилось, да мы не заставим вас служить по-нашему. — Тут полковник обернулся к адъютанту:
— Держать его в штабе.
— Благодарю вас за ваше снисхождение, — сказал солдат».
В душе полковник учитывал при этом: «Судьба закинула корнета далеко от княжны, солдат не может быть соперником».
Однако в красавице княжне не угасла любовь к бывшему корнету:
«В нем видела она не грубого солдата под серой шинелью: для нее это был солдат романсов, солдат сцены, солдат, который при свете месяца стоит на часах и поет, посылая песню на свою родину, к своей милой».
Полковник стал мстительно преследовать солдата Бронина и однажды, взбешенный, отдал приказ о его телесном наказании. Устыдившись, он отменил его в самом начале экзекуции, после первых ударов. Однако вскоре после этого, встретив полковника в толпе возле церкви, оскорбленный Бронин пронзил обидчика ятаганом.
Полковника похоронили с воинскими почестями, а солдата забили шпицрутенами, пропустив сквозь строй.
В «Новые повести» автор привнес немало романтической «зыбкости» и туманных намеков, уже выходивших из литературной моды и неоправданно затемнивших их сюжетное развитие. Как следствие, эти произведения уже не имели того огромного успеха у современников, что «Три повести». В то же время социальная сатира Павлова, лишь слабо намеченная в «Аукционе», проявила себя здесь настолько броско и сильно, что, например, явно послужила импульсом для некоторых творческих решений Н.В. Гоголя (так, ряд коллизий повести «Демон» получил отзвук в «Шинели»).
Н.Ф. Павлов — один из наиболее ярких прозаиков пушкинской эпохи, повести которого не утратили своего высокого художественного значения и сегодня.