выходец из Екатеринослава (ныне Днепропетровск), создатель знаменитой песни «Гренада» (1926), стихотворения «Рабфаковка» (1925) о девушке-комсомолке, своего рода Жанне д'Арк, был поэтом-романтиком.
В его «Песне о Каховке» образ России-революции складывается из таких героических подробностей: «Каховка, Каховка — родная винтовка, / Горячая пуля, лети!»; «Гремела атака, и пули свистели, / И ровно строчил пулемет...»; «Сквозь дым улыбались ее голубые глаза...». Это, безусловно, стихия смерти, здесь можно умирать со славой, здесь как бы нет ни дома, ни семьи, но есть «человек с ружьем», есть ветер, есть ночь слепая...
Светлов был в 30-е годы в поэзии переходной фигурой — от романтизации абстрактной мировой революции к осознанию реальной России-родины.
Он готов «землю в Гренаде крестьянам отдать», творит свой подвиг «на скрипках времен», его мечты уносятся в неведомую «дальнюю область, в заоблачный плес». Сам мечтатель — абстрактный юноша «стального поколенья». Такова во многом и героиня «Каховки», правда, она уже вырывается из плена абстракций, из царства всемирной мечты с ее голубыми глазами, с улыбкой («сквозь дым»), с напоминанием о великом даре любви. Это был шаг вперед — к «Катюше» М. Исаковского.
