I. В разные периоды творчества, в зависимости от мировоззрения и художественного метода, пушкинское понимание свободы изменялось.
И. ЛИЦЕЙСКИЙ ПЕРИОД.
1. Влияние классицизма.
Стихотворение «Лицинию» (1815) выдержано в духе французского Просвещения. Здесь появляется идеал — Римская Республика, намечается характерное для петербургского периода понимание свободы как социально-политической категории:
Я сердцем римлянин; кипит в груди свобода;
Во мне не дремлет дух великого народа...
Свободой Рим возрос — а рабством погублен!
В то же время ощущается влияние сентиментализма (свобода — в деревне, на лоне природы, несвобода — в городе, в светской суете):
С развратным городом не лучше ль нам проститься...
В деревню пренесем отеческие лары!..
В прохладе древних рощ, на берегу морском,
Найти нетрудно нам укромный, светлый дом.
2. Связь с анакреонтикой, легкой поэзией.
— Анакреонтические мотивы появляются у Пушкина под влиянием легкой поэзии К. Н. Батюшкова (Подробнее об этом «Повторение»: «Пушкин и Батюшков»).
— В анакреонтике понятия свободы как такового еще нет, поэтому слово «свобода» практически не употребляется.
Но об идеале свободы говорить можно: в некоторых ранних стихотворениях Пушкина это свобода наслаждения, свобода духа.
Пока живется нам, живи,
Гуляй в мое воспоминанье;
Молись и Вакху, и любви...
(«К Каверину», 1817)
Друзья! досужный час настал,
Все тихо, все в покое;
Скореє скатерть и бокал!
Сюда вино златое!
Шипи, шампанское, в стекле.
Друзья, почто же с Кантом
Сенека, Тацит на столе,
Фольянт над фолиантом?
Под стол холодных мудрецов,
Мы полем овладеем;
Под стол ученых дураков!
Без них мы пить умеем.
(«Пирующие студенты», 1814)
— Со свободой ассоциируется праздничный стол, веселье и братство, то есть прослеживается взаимосвязь трех звеньев: пир- веселье-свобода. Пир, таким образом, символический образ (пир друзей, пир молодости) — см. выше. К этому образу поэт обращается и позже:
Я люблю вечерний пир,
Где веселье председатель,
А свобода, мой кумир,
За столом законодатель.
(«Веселый пир», 1819)
См. также «Философская лирика Пушкина» — «Вакхическая песня» (1825).
III. ПЕТЕРБУРГСКИЙ ПЕРИОД.
Социально-политический идеал свободы, в понимании которого поэт близок декабристам, — основной в это время для Пушкина.
1. Ода «Вольность» (1817) продолжает традиции А. Н. Радищева, у которого есть одноименная ода.
— Как и у Радищева, муза Пушкина — «свободы гордая певица».
— Позиция поэта:
Хочу воспеть Свободу миру,
На тронах поразить порок.
— Идея законности:
И станут вечной стражей трона
Народов вольность и покой.
— Ода направлена против деспотизма в целом:
Тираны мира! трепещите!
А вы, мужайтесь и внемлите,
Восстаньте, падшие рабы!
— Поэт использует классицистический прием: олицетворение абстрактных понятий:
Везде неправедная Власть
В сгущенной мгле предрассуждений
Воссела — Рабства грозный Гений
И Славы роковая страсть.
2. «Деревня» (1819). В этом стихотворении идеал свободы конкретизируется.
— Продолжая радищевские традиции, Пушкин говорит об освобождении от крепостного гнета. Здесь же появляется идея конституционной монархии. Подробнее см. разбор стихотворения «Деревня».
3. «Сказки. Noël» (1818).
— Невозможность осуществления идеала свободы в России
связана с разочарованием в политике Александра I.
— В основу стихотворения положена речь Александра I на польском сейме, где царь обещал ряд реформ, впоследствии так и не осуществленных. Пушкин иронически обыгрывает эту ситуацию, используя французский жанр рождественской сказки:
«И людям все права людей,
По царской милости моей,
Отдам из доброй воли».
От радости в постеле
Распрыгалось дитя:
«Неужто в самом деле?
Неужто не шутя?»
А мать ему. «Бай-бай! Закрой свои ты глазки;
Пора уснуть уж наконец,
Послушавши, как царь-отец
Рассказывает сказки.»
— Сатирически изображается заключение союза между Австрией и Пруссией:
Узнай, народ российский,
Что знает целый мир:
И прусский и австрийский
Я сшил себе мундир.
4. «К Чаадаеву» (1818) — этапное стихотворение, где проявилось характернейшее для Пушкина соединение гражданских и личных мотивов и где, таким образом, уже была заложена трансформация идеала свободы из идеала политического, гражданского в идеал романтический, индивидуалистический (см. разбор стихотворения).
IV. ЮЖНАЯ ССЫЛКА — период увлечения романтизмом, поэтому тема свободы занимает едва ли не основное место в творчестве поэта в этот период, и понимается она теперь гораздо шире, чем раньше.
1. Свобода личности — один из основных романтических мотивов.
2. Противопоставление свободы стихии и несвободы человека в обществе:
— свобода стихии определяет тип романтического пейзажа.
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые
И блещешь гордою красой.
Как я любил твои отзывы,
Глухие звуки, бездны глас,
И тишину в вечерний час,
И своенравные порывы!
(«К морю», 1824)
Погасло дневное светило;
На море синее вечерний пал туман.
Шуми, шуми, послушное ветрило,
Волнуйся подо мной, угрюмый океан.
(*Погасло дневное светило...», 1820)
Редеет облаков летучая гряда.
Звезда печальная, вечерняя звезда!
Твой луч осеребрил увядшие равнины,
И дремлющий залив, и черных скал вершины...
Я помню твой восход, знакомое светило,
Над мирною страной, где все для сердца мило,
Где стройны тополи в долинах вознеслись,
Где дремлет нежный мирт и темный кипарис,
И сладостно шумят полуденные волны.
(«Редеет облаков...», 1820)
— несвобода человека:
Лети, корабль, неси меня к пределам дальным
По грозной прихоти обманчивых морей,
Но только не к брегам печальным
Туманной родины моей...
Где легкокрылая мне изменила радость
И сердце хладное страданью предала.
Искатель новых впечатлений,
Я вас бежал, отечески края...
(«Погасло дневное светило», 1820)
Мир опустел... Теперь куда же
Меня б ты вынес, океан?
Судьба земли повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.
(«К морю», 1824)
3. Мотивы изгнания, заточения переплетаются с темой свободы. Так, например, Наполеон предстает у Пушкина как олицетворение величия и свободы, с одной стороны, с другой — закат его бурной жизни проходит в изгнании, на острове Св. Елены:
Когда, надеждой озаренный,
От рабства пробудился мир,
И галл десницей разъяренной
Низвергнул ветхий свой кумир;
Когда на площади мятежной
Во прахе царский труп лежал,
И день великий, неизбежный —
Свободы яркий день вставал,—
Тоща в волненье бурь народных
Предвидя чудный свой удел,
В его надеждах благородных
Ты человечество презрел...
Искуплены его стяжанья
И зло воинственных чудес
Тоскою душною изгнанья
Под сенью чуждою небес.
(«Наполеон*, 1821)
— мотив изгнания автобиографичен:
Изгнанник самовольный,
И светом, и собой, и жизнью недовольный,
С душой задумчивой, я ныне посетил
Страну, где грустный век ты некогда влачил.
(«К Овидию», 1821)
— Появляется романтический образ узника:
Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный в неволе орел молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном.
(«Узник», 1822)
Стихотворение «Узник» написано в Кишиневе в 1822 году. В центре — традиционное романтическое противопоставление «свобода — заключение». Герой — узник (ср. «Узник» Жуковского, «Узник» Лермонтова).
Даже орел — традиционный символ силы и свободы — оказывается товарищем лирического героя по несчастью:
Вскормленный в неволе орел молодой,
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном...
И все же он чужд сырой темнице, он напоминает узнику о воле, зовет его на свободу:
Туда, где за тучей белеет гора,
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляем лишь ветер да я...
Средства художественной выразительности поддерживают центральную антитезу (свобода — несвобода):
— эпитеты:
в темнице сырой
грустный ТОВАРИЩ — вольные ПТИЦЫ
— яркие контрастные краски свободного мира (белый, синий) противопоставлены бесцветной сырой темнице,
— идею свободы воплощают в стихотворении традиционные романтические образы-стихии: море, ветер — извечно свободные в представлении романтиков.
См. также разбор стихотворения «К морю».
4. Б 1823 году Пушкин переживает кризис. Он разочаровывается в возможности и необходимости свободы для «мирных народов», так как они не понимают, что такое свобода и что с ней делать:
Я говорил пред хладною толпой
Языком Истины свободной,
Но для толпы ничтожной и глухой
Смешон глас сердца благородный.
(В. Ф. Раевскому («Ты прав, мой друг, — напрасно я презрел...»), 1822)
Свободы сеятель пустынный,
Я вышел рано, до звезды;
Рукою чистой и безвинной
В порабощенные бразды
Бросал живительное семя —
Но потерял я только время,
Благие мысли и труды...
Паситесь, мирные народы!
Вас не разбудит чести клич.
К чему стадам дары свободы?
Их должно резать или стричь.
Наследство их из рода в роды
Ярмо с гремушками да бич.
(«Свободы сеятель пустынный...», 1823)
5. В стихотворении «Птичка» (1823) тема свободы перекликается с темой милосердия:
Я стал доступен утешенью,
За что на бога мне роптать,
Когда хоть одному творенью
Я мог свободу даровать!
Таким образом, свобода из социально-политического идеала окончательно трансформируется в идеал индивидуальной свободы, свободы личности, свободы каждого.
V. ПОСЛЕДЕКАБРЬСКИЙ ПЕРИОД.
1. «Во глубине сибирских руд...»:
— Возвращение к поэтике Петербургского периода объясняется не трансформацией идеала, а скорее верностью друзьям, воспоминаниями об идеалах молодости. См. разбор этого стихотворения.
— По своей поэтике стихотворение приближается к написанному за несколько месяцев до восстания стихотворению «Андрей Шенье» (1825).
— Тема свободы тесно переплетается в нем с темой милосердия. Свобода и насилие несовместимы:
От пелены предрассуждений
Разоблачался ветхий трон;
Оковы падали. Закон
На вольность опершись, провозгласил равенство,
И мы воскликнули: Блаженство!
О горе! о безумный сон!
Где вольность и закон? Над нами
Единый властвует топор...
Но ты, священная свобода,
Богиня чистая, нет,— не виновна ты,
В порывах буйной слепоты,
В презренном бешенстве народа,
Сокрылась ты от нас...
2. «Арион» (1827).
— Стихотворение написано в связи с годовщиной казни декабристов.
— Стихотворение сюжетное; в основе лежит легенда об Арионе — греческом поэте и музыканте (VII — VI вв. до нэ.): во время путешествия Ариона на корабле моряки задумали убить и ограбить его, но позволили ему спеть в последний раз. Закончив песню, Арион бросился в море. Зачарованный пением дельфин вынес его на берег (есть версии, что дельфина послал Аполлон или сам покровитель искусств принял вид дельфина).
Однако Пушкин взял только некоторые моменты легенды для создания аллегории: Арион — лирический герой, гребцы — декабристы.
— Концовка — мотив верности друзьям и идеалам юности:
Я гимны прежние пою
И ризу влажную мою
Сушу на солнце под скалою.
VI. ПОЗДНЕЕ ТВОРЧЕСТВО.
В этот период тема свободы выступает не как самостоятельная, а как составляющая общефилософских тем: покоя, жизни, счастья, воли, времени — или перекликается с темой поэта и поэзии.
1. Общефилософская трактовка темы. Один человек не может посягать на свободу другого (см. разбор стихотворения «Анчар»).
2. Появляется стремление к покою, свободе в высшем смысле. Покой, некое гармоничное состояние души,— замена счастью:
Пора, мой другпора! покоя сердце просит —
Летят за днями дни, и каждый час уносит
Частичку бытия, а мы с тобой вдвоем
Предполагаем жить... И глядь — как раз — умрем.
На свете счастья нет, но есть покой и воля.
Давно завидная мечтается мне доля —
Давно, усталый раб, замыслил я побег
В обитель дальнюю трудов и чистых нег.
(«Пора, мой друг, пора!..», 1834)
3. Утверждение важности темы свободы в творчестве Пушкина:
И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в наш жестокий век восславил я свободу
И милость к падшим призывал.
(«Я памятник себе воздвиг нерукотворный...», 1836)
4. Декларация поэтической свободы — «Из Пиндемонти» (1836), те же мотивы звучали и в стихотворениях более ранних:
«Разговор книгопродавца с поэтом» (1824), «Поэт и толпа» (1828).
Иные, лучшие мне дороги права;
Иная, лучшая потребна мне свобода:
Зависеть от царя, зависеть от народа —
Не все ли нам равно? Бог с ними.
Никому
Отчета не давать, себе лишь самому
Служить и угождать; для власти, для ливреи
Не гнуть ни совести, ни помыслов, ни шеи;
По прихоти своей скитаться здесь и там,
Дивясь божественным природы красотам,
И пред созданьями искусств и вдохновенья
Трепеща радостно в восторгах умиленья.
— Вот счастье! вот права...
(«Из Пиндемонти», 1836)
Подробнее см. «Тема поэта и поэзии в лирике Пушкина».
«К ЧААДАЕВУ»
I. Стихотворение написано в 1818 году.
— Получило распространение в списках. Без ведома Пушкина в искаженном виде было напечатано в альманахе «Северная звезда» в 1829 году.
— Петр Яковлевич Чаадаев (1794—1856) — историк и философ, один из видных деятелей общественной, жизни России. В своих работах он уделял особое внимание соотношению государственной и духовной жизни России и Европы; поставил вопросы, на которые впоследствии отвечали западники и славянофилы. Многие его взгляды схожи со взглядами декабристов.
— Кроме этого послания Пушкин написал позже «Чаадаеву» (1821), «Чаадаеву» (1824).
II. Тема свободы, понимаемой как социально-политический идеал: конституционная монархия противопоставляется абсолютизму.
— По своей образности стихотворение близко двум поэтическим системам:
1) поэзии эпохи Великой Французской революции:
— высокая оценочная эмоциональная лексика, множество метафор и олицетворений абстрактных понятий:
Но в нас горит еще желанье,
Под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье...
— рациональное построение — теза и антитеза:
Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман...
Но в нас горит еще желанье...
2) поэтика романтической лирики Жуковского:
Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман...
См. «Художественный метод Жуковского».
III. Жанр дружеского послания трансформируется в гражданское обращение ко всему поколению.
— Стихотворение построено на обращении:
Товарищ, верь: взойдет она..
«К Чаадаеву» — этапное стихотворение в том отношении, что здесь впервые появляется чисто пушкинское соединение гражданской лирики с любовной или дружеской.
Именно новаторство жанра определяет неожиданность сравнений:
Мы ждем с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждет любовник молодой
Минуты верного свиданья.
Декабристам не понравилось это сравнение, они не допускали сопоставления гражданской жизни с частной, соединения высоких гражданских мотивов с сентиментальными.
IV. Средства поэтической выразительности.
— эпитеты:
Тихой славы
под гнетом власти роковой
Нетерпеливою душой
минуты вольности святой
— метафоры:
Глаголы «гореть», «кипеть» и т. п. для обозначения эмоций приходят в русскую поэзию в начале XIX века (находим их, в частности, в поэзии Батюшкова).
горит желанье
свободою горим
сердца для чести живы
— метонимия высокого стиля:
Россия вспрянет ото сна..
— символы:
Образ звезды — типично декабристский символ.
звезда пленительного счастья
обломки самовластья
«ДЕРЕВНЯ»
I. Стихотворение написано в Михайловском в 1819 году.
II. Образец ранней политической лирики.
— «Деревня» распространялась в списках, как и другие свободолюбивые стихи петербургского периода.
— В этом стихотворении идеал свободы конкретизируется по сравнению с одой «Вольность» (1817), хотя в обоих произведениях свобода трактуется как социально-политическое понятие.
— «Вольность» направлена против деспотизма вообще:
Хочу воспеть свободу миру,
На тронах поразить порок.
— В «Деревне» «свобода просвещенная» связана с мечтой о конституционной монархии и предстает как свобода от крепостного гнета:
Увижу ль, о друзья! народ неугнетенный
И рабство, падшее по манию царя,
И над отечеством свободы просвещенной
Взойдет ли наконец прекрасная заря?
III. Композиционно стихотворение делится на 2 части:
— I часть по жанру идиллия.
Композиционное ядро I части — сентиментальный пейзаж Михайловского (см. разбор стихотворения «Вновь я посетил...»).
Здесь возникает типично сентиментальный мотив бегства поэта на лоно природы, противопоставление духовно свободной жизни «на лоне счастья и забвенья» несвободе светских оков:
Я здесь, от суетных оков освобожденный,
Учуся в истине блаженство находить,
Свободною душой закон боготворить,
Роптанью не внимать толпы непросвещенной,
Участьем отвечать застенчивой мольбе...
— II часть — поэтический памфлет.
Но мысль ужасная здесь душу омрачает.
Среди цветущих нив и гор
Друг человечества печально замечает
Везде невежества убийственный позор.
Барство и рабство — два порождения этого невежества:
Здесь барство дикое, без чувства, без закона,
Присвоило себе насильственной лозой
И труд, и собственность, и время земледельца
Склонясь на чуждый плуг, покорствуя бичам
Здесь рабство тощее влачится по браздам
Неумолимого владельца
Таким образом, контрастное противопоставление красоты природы и реальной жизни деревни, стоящей за идиллическими картинами, поддерживается жанровым контрастом (идиллия и памфлет).
IV. Средства поэтической выразительности.
— метафора:
Где льется дней моих невидимый поток,..
В груди моей горит бесплодный жар.
— олицетворение:
Приветствую тебя, пустынный уголок...
— эпитеты в основном оценочные:
ПОРОЧНЫЙ круг Цирцей — на МИРНЫЙ шум дубров
РОСКОШНЫЕ пиры, забавы, заблужденья —
на праздность ВОЛЬНУЮ
— характерная для ранней лирики высокая образность, абстрактные понятия:
Невежества убийственный позор
Барство дикое
— характерная для жанра памфлета публицистичность:
а) восклицания:
О, если б голос мой умел сердца тревожить!
б) риторические вопросы:
Почто в душе моей горит бесплодный жар,
И не дан мне судьбой витийства грозный дар?
в) обращения:
Увижу ль, о друзья, народ неугнетенный...
V. Стихотворение написано шестистопным ямбом (александрийским стихом).
«К МОРЮ»
I. Этапное стихотворение. Начато в Одессе и закончено в Михайловском в 1824 году, поэтому «К морю» принято считать последним «южным» стихотворением Пушкина.
II. Тема свободы, понимаемой романтически, тема времени и памяти.
— Типичная романтическая антитеза: свободная природа, стихия противопоставляется несвободе человека в обществе.
— Антиклассицистическая направленность. Отсюда появляются руссоистские мотивы: отрицание просвещения как рационализма, разрушающего «естественную» жизнь:
Судьба земли повсюду та же:
Где капля блага, там на страже
Уж просвещенье иль тиран.
Объединение просвещения и тирании объясняется антиабсолютистским характером стихотворения.
— Мотив прощания. Автор прощается с романтизмом, с морем, югом. Романтизма нет, романтизм умер — не стало двух символов романтизма, двух романтических гениев:
— В 1821 году на острове Св. Елены умер Наполеон, любимый романтический герой:
Одна скала, гробница славы...
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.
Там он почил среди мучений.
— В 1824 году умер Байрон, великий романтический поэт:
И вслед за ним, как бури шум,
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.
III. По жанру «К морю» — элегия, самый любимый романтиками жанр.
IV. Средства поэтической выразительности.
— эпитеты в основном метафорические, связанные с мотивом свобода-несвобода».
свободная стихия блещешь гордою красой ропот заунывный заветным умыслом томим скучный, неподвижный брег бродил я тихий и туманный...
— метафоры:
стая -кораблей
и по хребтам твоим направить мой поэтический побег я был окован
— олицетворение:
— море — адресат стихотворения:
Как друга ропот заунывный,
Как зов его в прощальный час,
Твой грустный шум, твой шум призывный
Услышал я в последний раз.
Твой образ был на нем означен,
Он духом создан был твоим:
КАК ТЫ, могущ, глубок и мрачен.
КАК ТЫ, ничем неукротим.
Образ моря объединяется и даже сливается с образом друга, отсюда обращение к морю как к существу мужского рода:
Ты ждал, ты звал...
— олицетворяются воспоминания, парус:
парус... скользит отважно
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы...
— метонимия:
смиренный ПАРУС рыбарей
— перифраз — тоже любимое романтиками средство поэтической выразительности:
Моей души предел желанный... свободная стихия
(о море)
Один предмет в твоей пустыне
Мою бы душу поразил.
Одна скала, гробница славы...
(об острове Св. Елены)
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.
Он был, о море, твой певец.
(о Байроне)
V. Особенности стиха:
— ассонанс (чередование открытых и закрытых звуков имитирует шум моря):
Прощай, свободная стихия!
В последний раз передо мной
Ты катишь волны голубые...
— аллитерация:
Смеренный паpyc рыбарей,
Твоею прихотью хранимый...
— повторы, анафоры:
Там погружались в хладный сон
Воспоминанья величавы:
Там угасал Наполеон.
Там он почил среди мучений...
Другой от нас умчался гений,
Другой властитель наших дум.
И долго, долго слышать буду...